|
Покайтесь, ибо Господь грядет судить. |
|
 |
Старец Иона Киевский - послушник Серафима Саровского
(† 1902)Рукопись старца
Детство отца Ионы. Дивное видение в младенчестве
Пребывание в Белобережской пустыни
Явление Господа Иисуса Христа Отцу Ионе
Явление Божией Матери, повелевающей идти на новое место подвигов
Явление Божией Матери вторично, повелевающей о. Ионе уйти на новое место. Предречение о Белобережской Пустыни
Явление Божией Матери с Крестителем, Апостолами и святыми, в третий раз повелевающей идти в Киев
Размышление отца Ионы о жребии его послушанияОтец Иона в киевских монастырях.
Из жизни Свято-Никольского монастыря
Видение Господа Иисуса Христа
Явление Божией Матери в посещение Ею Севастополя во время Крымской Войны
Екатерининский Греческий монастырьОтец Иона и братия монастыря
Выдубецкий монастырь. Жизнь отца Ионы в монастыре
Посещение Божией Матерью отца Ионы
Видение на Киево-Печерскую Лавру
Явление Божией Матери 1 марта 1861 года
Явление Божией Матери 9 марта 1862 года
Свято-Троицкий Монастырь. Отец Иона - основатель Свято-Троицкого общежительного мужского монастыря. Высочайшее повеление Государя Александра II. Дар княгини Васильчиковой
Видение во сне Спасителя в 1883 г.
Посещение отца Ионы Преподобным Сергием Радонежским в 1887 году
Посещение Свято-Троицкой обители Божией Матерью и Иоанном Крестителем
Видение небесной обители в 1888 году
Явление батюшке Ионе Иеродиакона АнтонияВидение крестов отцу Ионе во время болезни в 1897 г
Заветы отца Ионы. Поучение к братии (1879 г.)
Письмо на имя Обер-прокурора Святейшего Синода К. П. Победоносцева
Об иконах, подаренных Свято-Троицкой обители
Первая жертва монастырю
Образ святой Троицы
Икона Святителя Николая
Икона священномученика Власия
ПРЕДИСЛОВИЕ
В 0 часов 30 минут ночи 9 января 1902 г. тихо и мирно почил о Господе глубокий старец, великий деятель архимандрит Иона, в схиме Петр. Жизнь и дела этого старца, прожившего свыше 100 лет, высокопоучительны и наглядно свидетельствуют, как много может сделать даже один человек, чего может он достигнуть при энергии самоотверженной деятельности и любви к Богу.
Архимандрит Иона, в миру Иоанн Мирошниченко, происходил из мещан посада Крюкова Полтавской губернии Кременчугского уезда. Его юные годы протекали в то время, когда на Руси школьное образование доступно было немногим, а потому и Мирошниченко грамоте научился дома. От природы он был одарен Господом высокими и богатыми умственными дарованиями и твердою памятью. С детства он любил чтение книг, особенно религиозно-нравственных, и читал очень много. До 22 лет он жил дома и занимался земледелием.
Будучи с детства весьма набожным, Мирошниченко очень часто посещал монастыри и первоначально поселился в качестве послушника у старца Серафима, известного всей России подвижника 19 века, жившего в Саровской пустыни Тамбовской епархии. Умирая, прп. Серафим завещал Иоанну Мирошниченко поступить в Брянскую Белобережскую пустынь, куда, согласно воле старца, он поступил послушником в 1836 г. Через 7 лет, в 1843 г., Мирошниченко принял монашество под именем Ионы и в 1845 г. был рукоположен в сан иеродиакона.
Проводя жизнь в обители в суровых подвигах поста и воздержания, в постоянной молитве и Богомыслии, Иона развил в себе высокую степень самоуглубления и самовникания, тщательно следил за своею внутреннею жизнью и духовным развитием. Тут же он удостоился особого видения, повлиявшего на его дальнейшую жизнь, которое он понял, как веление Промысела взять на себя дело устройства на берегах Днепра нового монастыря. Он решил уйти в Киев.
В 1851 г. отца Иону встретил Киевский митрополит Филарет, по его воле и желанию в августе того же года иеродиакон Иона был переведен в Киевский Никольский монастырь. Затем в 1858 г. он был рукоположен в сан иеромонаха, и через два года, в 1860 г., переведен в число братии Киево-Выдубецкого монастыря, расположенного на одной из весьма живописных окраин г. Киева, на так называемом Зверинце. Уже в это время иеромонах Иона выделялся своею духовною опытностью и благочестивою жизнью, и многие киевляне искали случая получить совет и наставление у отца Ионы, быть духовными его чадами.
Среди многочисленных духовных дщерей о. Ионы была и супруга тогдашнего киевского генерал-губернатора княгиня Васильчикова, высокоуважаемая о. Ионой и много содействовавшая и помогавшая ему, особенно в построении Троицкой обители. В 1867 г. построена была деревянная церковь во имя Св. Троицы, которая в 1871 г. заменена обширным и великолепным каменным храмом. Княгиня Васильчикова пожертвовала от себя монастырю дачу в 55 десятин земли близ Киева. С этого же времени новый монастырь постепенно становится крупным собственником земли: частью - путем пожертвований, частью - путем покупки, где монахами ведется образцовое сельское хозяйство. В августе 1872 г. о. Иона возведен в сан игумена. Указом Свящ. Синода от 17 января 1886 г. о. Иона назначен настоятелем Киево-Межигорского Спасо-Преображенского монастыря с возведением в сан архимандрита. Резолюцией Киевского митрополита Иоанникия от 9 декабря 1899 г. отец Иона по старости и болезни был уволен от управления Свято-Троицким монастырем и оставлен лишь настоятелем его.
Несмотря на свой преклонный - свыше 100 лет - возраст, о. Иона почти до последних дней своей земной жизни сохранил бодрость духа и проявлял присущую ему энергию, всецело направленную на дело благоустройства Свято-Троицкой обители. Последние 2 года своей жизни он страдал неизлечимой и тяжкой болезнью, от которой и слег в постель после 1901 года. В последние дни жизни у него открылась водяника, 15 декабря 1901 г. о. Иона был соборован.
Несмотря на полный упадок физических сил, он почти до самой смерти принимал народ и оставил всем его знавшим высокий урок духовного бодрствования, самоотверженного труда во славу Божию.
ДЕТСТВО ОТЦА ИОНЫ. ДИВНОЕ ВИДЕНИЕ В МЛАДЕНЧЕСТВЕ
От родителей моих рожден я, отца Павла и мастери Пелагии, самых простых жителей, мещан города Кременчуга Полтавской губернии. Сын я их первый. Когда мне исполнилось полгода или месяцев 7, сидеть я еще не мог, мать утром рано вынесла меня во двор; только что солнце взошло, было светло, ясно и, как думаю, весной, ибо было тепло. На зеленой травке мать сделала мне постель и положила против дверей и окон дома лицом к востоку. Оставила меня одного, а сама занялась делом внутри дома, должно быть, приготовлением пищи к обеду. Мать часто в ясную и теплую погоду выносила меня из дому и клала на зеленой травке на небольшое время. И вот, полежав немного, я видел птиц-голубей и других птиц, летающих по воздуху. Я, видя их свободное летание, любовался ими.
Вдруг пришла мне мысль и явилось желание так же летать, как они, но вижу, что сие для меня невозможно, начал жалеть и скорбеть, почему мне так не дано, чтобы и я так же мог свободно летать и быть как они. Мать моя все время находилась внутри дома и поглядывала на меня. Выходила ко мне раза два и опрятывала меня, когда я ручонками и ножками моими покрывало с себя сбрасывал. Смотря на летающих птиц, я скорбел, что не имею крыльев, при помощи которых я так же свободно летал бы, как и птицы.
И вдруг вижу, идет ко мне человек-старик, лицом очень приятен, борода у него большая, густая, длинная, широкая и седая, лысый головой, но волосы на краях седые и немного длинноваты. В одежде сверху цвета зеленоватого, а под ней одежда синеватая. Исподняя одежда подпоясанная, а верхняя нет. Подошел он ко мне, сел на землю на травке зеленой с правой стороны и начал ласково ко мне говорить, Я сначала на него посмотрел, а затем и не стал смотреть на него, потому что он мне мешал смотреть на летающих птиц. Старец говорит ко мне: "Что ты смотришь, тебе нравится то, что птицы летают; имеют бо они от Бога данные им крылья, вот и парят по воздуху. И тебе хотелось бы так же летать свободно, как и они, но ты человек и сих видимых крыльев не имеешь, а поэтому тебе о сем скорбеть и не советую, а проси и моли Господа Бога, создавшего тебя, люби Его, благоугождай Ему и всего себя Ему предай; верою, правдою и любовью послужи Ему истинно; в надежде истинной уверившись, несомненно обрящешь и получишь желаемое; даст тебе Господь крылья не временные плотяные и тленные, но истинные крылья, возносящий горе и горе к Богу, и тогда будешь парить. Я тебе советую сии крылья иметь и оных желать".
Я от первого взгляда на него больше не смотрел, а он продолжал: "Крылья-то даст Господь Бог наш Иисус Христос, Спаситель всех. Иже искупил нас Своею Божественною Кровию, уверовавших истинно в Него, и предавшихся Ему истинно, и всеусердно возлюбивших Его. Сим подает крылья разумные - духовные, и Дух Всесвятый Благий, Животворящий и освящающий верных Богу, любящих Бога и благо-угождающих Ему человеков, такожде подает крылья верным. Дух Святый есть Бог, Дух Всесвятый Благий, уча разуму, подаяй силу, крепость, премудрость и животворяй, о Нем бо вся живут и движутся; Дух Всесвятый вся совершает: святые Духоносные Апостолы, Пророки и Священники и невежды сущий умудряет; всем таинствам поучает, незримая открывает, грядущая вся возвещает, и вся недоведомая яве творит и иная многая являет. Советую сих крыльев тебе исткать, приобретать и иметь их совершенно".
Но я к нему ни одного слова не сказал и ни разу не посмотрел, а только слушал и молчал. И опять говорит мне: "Скажи, желаешь ли ты себе крылья, и оными парить и восходить горе к Богу, живущему во веки веков?" Я сказал, глядя на старца: "Желаю, да эти крылья будут Богом даны мне". И старец немного осклабился и говорит мне: "Ты еще мало дней имеешь, но слыши, помни и храни во вся твои дни: Бог Сый неизменен, Бог Сый ныне и во вся нескончаемые веки, который подает крылья премудрости, разума, смысла, силу и жизнь". Он же сказал: "Аще кто любит отца и матерь своих паче Мене и аще не отречется всего своего имения, несть Мене достоин. Если кто послушает гласа Его и возлюбит Его Единаго больше всего и всех, то тогда Он даст ему все сие. И ты возлюби Господа Бога твоего, созданного тебя, а родителей твоих люби, и уважай, и почитай, как и всех наравне человеков; всею любовию люби Бога, родителей твоих гораздо меньше, но Бога всею душею, сердцем и умом и ничего от земных не предпочитай паче Бога, но во всем да будет тебе Господь Бог и Его Божественная милость".
Я же, слыша слова старца, чтобы не любить родивших меня, которые жалеют, питают, ласкают и дорожат мною и утешаются, и я все эти благодеяния родителей должен презреть и пренебречь и их не любить - сии слова старца для меня были горьки весьма, тяжки и прискорбны. Как можно родителей своих кровных не любить? Старец же не переставал внушать и объяснять все мне и доводить в разъяснение и в познание. И по многом вразумлении меня приглашает, чтобы я пришел к нему на руки, но я увертывался и говорил ему: как можно, чтобы не любить родителей, это тяжко для меня, и сего сделать я не могу.
После сего старец разными словами и доводами уговорил меня пойти к нему на руки и посадил меня на свои колена. Держа меня своими руками, он в то же время указательным пальцем правой своей руки потянул по животу моему и разрезал живот правой своей рукой, внутри живота перебрал пальцами и что-то там нашел, вынул какую-то вещь, выбросил и опять рукою загладил разрезанное место, и живот опять стал таким, как и прежде был. После этого старец встал на ноги и говорит ко мне: "Теперь тебе нужно со мною идти".
Я же в это время вижу себя возрастом мальчиком 7 лет. Старец взял меня за правую руку и говорит ко мне: "Ты со мною ничего не бойся, а держись крепко за меня и за мою одежду и иди со мною смело". Мы пошли и вышли в какое-то место чистое, высокое, и ветры там очень сильные, так что едва можно было мне удержаться и идти. Старец говорит мне: "Не бойся и держись за меня". Мы переходили через какие-то места, где нужно переступать из одной на другую сторону, а между скважинами были великия пропасти, и оные нужно все переходить. Прошедши все опасные места, мы вышли на место широкое, ровное, чистое и светлое и здесь увидели стены ограды высокой, а иные стены издают из себя свет очень великий и светлый.
Старец остановился и, держа меня за правую руку, обращается ко мне и говорит: "Успокойся и ничего не бойся, мы с тобою бывшую на пути бурю, и тот путь с пропастями перешли и уже пришли сюда. Здесь все тишина и спокойствие, здесь нет никакого страха, здесь царствует любовь. Бог всех пребывает здесь и истинно возлюбившие Его послушники, которые всем сердцем, и умом, и душею своею возлюбили Его, истинно всего себя предали Ему, послушавшие Его верно и усердно в вере, надежде к Нему, трудами, болезнями, страданиями, гонениями и всякаго рода поруганиями, лишениями, терпением, доблестным мужеством, благодушием и благоговейною благодарностью сохранившие себя в служении и послушании Ему и всесвященной воле Его. Ты же помни и сохрани навсегда ко Господу всецело и безпорочно святое послушание. Ты видел бурю и ветры, где проходил, они были для тебя страшны, однако они тебе не повредили ни в чем, и ныне ты весь цел еси. Это образ твоего жития-бытия в твоей жизни.
Помни всегда и запечатлей всегда в душе и сердце твоем бытие жития твоего. Бог Сый во веки веков с тобою есть, и ты пред Ним. Бури, ветры, вихри многи встретят тебя в жизни твоей, в пути бытия твоего. Но смотри сюда, где ныне стоишь и перед Кем, и Кого имеешь видеть днесь. Смотри на Господа без страха и боязни, но благоговейно и с любовью чистою, взирай и виждь всегда".
И многое другое в грядущая мне. После этого мы пошли ближе ко вратам, ворота великие и дивные и вверху ворот Крест святый Господень, и перед воротами стоят стражи - два воина светлые, и чистые, и красивые, и в руках своих держат мечи крестообразно, и преграждают вход в ворота. Мы же стали перед воротами, и старец говорит ко мне: "Помолимся Господу Богу", и, перекрестившись, положили по три земных поклона Честному и Животворящему Кресту Господню. Когда мы это сделали, стражи врат немедленно мечи свои к себе забрали, руки опустили и дали нам свободно войти внутрь.
Когда мы вошли внутрь двора - Боже мой, что мы здесь увидели. Здесь небо новое и земля новая, свет неизреченно сияющий, воздух легкий, тонкий, земля чистая, светлая, как хороший кристалл. Деревья по обе стороны пути стоят живые и прекрасные и издают от листьев своих неописуемое благоухание. Между деревьями растут цветы разных пород красоты, величины и благоухания непостижимого. Этим путем мы как раз пришли к храму Господню. Вошедши во внутренность храма Божия, мы стали прямо врат святых священного алтаря. Врата святые были открыты, и мы увидели, что на Престоле высоком величественно восседает весь белый Господь Вседержитель. Лицо Его очень милое, светлое, ласковое, живое, спокойное, мирное, благоприятное и любвеобильное, влекущее к Себе сердца и дух в любовь к Нему.
О Боже, Боже мой, думаю сам себе, где я ныне, и кого видят очи мои, и Кому предстою. Весь стою в ужасе и едва во мне остался дух мой от страха того, что я есть и какое мое существо. Земное существо мое - совершенное ничтожество; плоть и кровь моя подобна сену или пороху вдали огня, прикоснись, хотя малая искра огня, сено сгорает, а порох исчезает. От обдержащаго меня ужаса, от видения таковой славы я ослабел, и силы во мне уже не стало, и я как бы мертв. Старец, держа меня за руки, поддерживал меня ослабевшего. И вот от Сидящего на Престоле изыде дух жизни прямо на меня и облия всего меня духом уст Его, и оживи меня и явися крепость Его во всем теле моем. Я весь обновился и стал в силе пред Господом Богом моим. Старец все время держал меня за правую руку, и мы лицем нашим предстояли пред Господом Богом нашим. От Господа исходит неисповедимая сладость любве Его Божественная, питающая и наслаждающая всех и вся.
Здесь, в храме Господа Бога Вседержителя, я видел себя юношею 21 года, в крепости и силе. И вот изыде слава от Господа Бога Вседержителя и от святаго Престола Его Божественнаго и исполни всех и вся жизни и благоухания. Изыде повеление от Господа Бога, садящего во славе, и воспели хвалу, славу и благодарение все, окружающие Божественный Престол Его, и все принесли поклонение седящему во славе на Престоле, и воспели все предстоящие во храме святом Его, лики всех горних чинов: Архангелы, Ангелы, Херувимы и страшнии Серафимы, парящие окрест святаго Божественнаго Престола Его, воспевающе, хваляще седящего на Престоле Славы Господа Бога Вседержителя и Сына Божия, принесшего Себя в жертву, спасаго и искупившаго Кровию Своею Божественною земнородных человеков, уверовавших в Него. И воспели Господа Бога Царя веков, Духа Святаго-Параклита парящего, оживляющего, животворящего и освящающего вся. Силы же все небесныя, парящие окрест Престола, исполняли небо и воздух, горе поюще непрестанно: "Свят, Свят, Свят Господь Вседержитель, исполнены небо и земля славы Твоея".
Пели все предстоящие, и их было великое множество и множество разного рода, племени, чина, колена, звания и возраста людей... лики свв. Пророков, свв. Апостолов, Иерархов Господних, Царей, Священников, мучеников и всякаго чина и звания праведных, убеливших одежды свои и украсивших себя Кровию Агнчею, истинно возлюбивших Искупителя Господа Иисуса Христа Сына Божия. Что же меня еще удивило и вострепетал дух мой во мне - это то, что я увидел чудо страшное и ужасное, но исполненное радости и веселия ненасытныя и неизреченныя любви и сладости, наполнивших мою душу и сердце. От неисповедимыя благости и человеколюбия любви Создателя всех Господа Бога к человеческому роду представил есть Господь Бог тленному и смертному человеку быть близким к Нему. Кто же близ Господа Бога Славы предстоит и окружает святой огнезрачный Божественный Престол Его? Человеки-девственники и девственницы, не осквернившие себя в земной жизни. Сии находятся у Престола Славы Господа Бога Вседержителя и Агнца, закланнаго за нас. О, благости Божия и милости Его к роду человеческому.
Сии девственники одеяны во одежду белу и светлу, славы и красоты преисполнены и предстоя Господеви, предначинают пети хвалы, молитвы, славословия и благодарения. Дивныя и дивныя они имеют одежды великого Ангельского образа - святыя схимы монашества. О, дивна и предивна вся красота оных, славнее одежды нет ни у кого и ни на ком от святых, предстоящих Господеви, а только на одних иноцех, окружающих Престол Господа Бога. О, дивны и предивны они, очень белы и величественны, и такой славы ни у кого нет, какую дал им Господь Бог - истинно возлюбившим Его, и верно сохранившим себя, и послужившим послушником священныя воли Его.
Когда все множество пели Божественныя песни, тогда держащий меня за правую руку старец говорит мне: "Юноше, воспевай же и ты Владыку всех и Господа и навыкни сему, где ты ныне стоишь, что зришь и что слышишь, внимай, и все это разумно да будет в тебе". И заставил меня петь с ними хвалы Господеви и говорит: "Произноси ясно хвалы Господеви, ибо слова сии есть животворны и безсмертны и есть живые во веки веков". И опять говорит ко мне: "Слушай и внимай, имеет бо предначинаться песнь, воспеваемая Господеви - Триипостасному Божеству, Богу Отцу, Богу Сыну и Богу Духу Всесвятому - от всесвятых и горных небесных чинов, от всех земнородных и от всея твари видимая и невидимая, от всего создания Божия и от всех стихий". И говорит старец ко мне: "Добре и внимательно внимай, кто первый имеет предначинать пение". И сделалась на небе тишина великая, что одному волосу не поколебаться.
И вот по повелению Господню один из Серафимов предстал пред Престолом Господа Славы, и повелел ему Господь взявши от алтаря кадильного кадило, возложить фимиам молитвы святых, и Серафим немедленно предстал пред Господом Славы, имея в руке своей кадило. Девственники, окружающие Престол Господень, предначинали петь песнь великую - великую и трисугубую песнь, и все воспели хвалы и пения неисповедимыя, как от одних уст исходящие. И были возсылаемы пения и молитвы от всех святых низу земнородных, и от всея твари видимая и невидимая, и от всех стихий, и все пели согласно и стройно, как одними устами. Серафим же, предстоя Господеви, преподносил кадило молитв святых: славословия, величания и благодарения Творцу всяческих Богови, из не сущаго вся создавшаго. После всего этого пения изыде Слово Господне от Господа к водящему меня старцу, да возмет меня, и поведет, и покажет вся обители святых.
Говорит ко мне водящий меня старец: "Пойдем, юноша, по повелению Господа Бога нашего". Старец всегда держал меня за правую руку, и мы с ним вышли из храма Господа Славы. Прошли мы великое пространство прекрасное великолепного двора, где земля чистая, светлая, как самый чистейший кристалл, стены белые сияющей светом белизны; на этой земле насаждено много различных деревьев. Некоторые из них цветут, некоторые имеют на себе плоды, готовящиеся к зрелости, а иные имеют уже плоды зрелые и исполненные красоты и благоухания. Листьями своими возносят хвалу как бы живые, испуская звук, возсылают пение Господу Богу, всех и всяческая создавшему и устроившему вся премудро и разумно.
Я стал и смотрю в изумлении и не хотел даже двинуться от того места, где стоял. Умолял и просил я старца оставить меня здесь, где ныне стою, ибо вижу везде жизнь и жизнь: земля - жизнь, небо светлое, сияющее - жизнь, излияние воздуха - жизнь, свет весь легкий, чистый - жизнь, деревья насажденные, украшенные красотою и славою - жизнь; цветы, различной красоты и великолепия исполненные, расстилаются по земле и украшают оную жизнь. Я был совершенно вне себя и снова молил водящего меня старца оставить меня здесь, но нет, старец понудил меня идти далее. Прошедши довольно, мы дошли до стены ограды высокой и стали перед воротами великими и прекрасными. Вверху ворот Крест Святой Господень, а над воротами надпись великими и прекрасными светло сияющими и испускающими лучи-сияние, как от солнца написано: "Сия святая обитель Всесвятыя Владычицы мира и Царицы царствующих всех Матери Бога нашего - Марии. И если кто от земнородных призовет имя Ея - спасен будет". Старец повелел мне прочесть все написанное над воротами, и я прочитал, и ожил дух мой, и я забыл все раньше виденное мною, где мне очень хотелось остаться навсегда. И старец говорит ко мне: "Сотвори ко Пресвятей Владычице Истинней Богородице, по всех поборнице, молитву". И начал старец говорить слова молитвы ко Владычице всех и Царице. И повелел мне все его слова за ним говорить ясно, чисто, умилительно и повторять их за ним, что я и делал. Он прислушивался к моим словам, подтверждал, чтобы я ясно и разумно говорил и произносил, ибо, говорит старец, слова сии жизнь есть тебе. По окончании нами молитвы извнутрь послышался голос-слово: "Аминь".
И вот за сим словом славно, и величественно, и благоговейно отверзли нам ворота святой обители. Здесь, внутри ворот, мы увидели стоящих в два ряда воинов в воинских светлых сияющих одеждах, и царские венцы на головах у них, и мечи в руках их. Все предстоящие там увидели нас, входящих во врата, радостно все положили на себя крестное знамение и радостно все воспели песнь великую Божественную Всесвятей Владычице, Матери Господа Бога Спаса всех, и все множество изшедших навстречу старцу пели песнь сладкую, радостную и исполненную жизни и сладости неисповедимыя, никакими устами и языком сказать невозможно.
Старец, обращаясь ко мне, говорит: "Ты же почему песни с нами величия Божией Матери не поешь?" Я ему отвечаю, что я ныне нахожусь вне себя, но старец повелел мне петь с ними гласно, разумно произносить все слова, слышимые мною от поющих. И все воспели достойную песнь новую и величественную Богоматери. И опять начали петь песнь сладостно, мирно и единогласно. И все двинулись, пошли торжественно от врат ко храму Всесвятыя Владычицы, Госпожи Богородицы. Предвходящим всем во храм Божией Матери, кто может сказать и выразить ту самую радость и всерадостное торжество и величие любве Всесвятыя Владычицы Богородицы и неисповедимыя Ея и всех живущих с Нею во обители возносимыя хвалы славословия, молитвы и благодарения всех к Ней, как истинной своей Матери.
О, дивное, преславное и чудное видение от всех и о всем виденном и слышанном. Видимая радость сияла от Лица Ея Божественнаго, истинно исполненная мира и любви ко всем земнородным. И все там находившиеся воспели и ублажали Матерь Господню, седящую во храме во святилищи на Престоле славы великом и дивно прославленном. Всесвятая Владычица сидела на Престоле, окружаемая лики свв. Ангелов, лики святых великих Небесных Сил и воинов небесных и свв. Архангелов. Вокруг святаго Ея Престола окружали лики святых девственников в одеждах белых, убеленных и светом несказанным сияющих, и на главах своих имеют величественные царские венцы, украшенные дорогими камнями. По окончании славословия и пения в храме Всесвятыя Владычицы Матерь Умного Света привела одного от предстоящих Архистратигов и повелела ему взявши кадило от алтаря кадильного с горящим углем предстать у Престола перед Нею, у Престола Святого Ея. Повелела Владычица одному от предстоящих святых возложить от кадила фимиам-молитвы святых, и вознести молитву, славу, хвалу, величие, славословие, благодарение, дар и поклонение Вседержителю Господу Богу Трисиятельному Его Нераздельному Божеству, который искупил нас всех Кровию Своею, неизглаголанною властию и силою Своего Божества.
Все многое множество пели песнь великую, дивную, пресладкую, преисполненную крепости, жизни и безсмертия. Когда воспели все совокупно, вместе воскликнули громким голосом: "Буди от нас, от всех земнородных, от всех родов и от всей твари сотворенныя, видимая и невидимая, и от всех стихий честь, слава, хвала, славословия, благодарение и поклонение Его Всесвятому, Превознесенному Трибожественному и Нераздельному Божеству, создавшему нас, искупившему нас, спасшему нас, всюду во веки веков. Аминь". И все падши на землю поклонились Ему, Его Божеству.
Какой человеческий язык может выразить и сказать то, что есть и было? После малой тишины - величия и похвалы Матери Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа Сына Божия паки все воспели песнь всех Цариц и Владычиц, песнь дивную и предивную, великую и священную; сочувственно и всерадостно, славно и великолепно были воспеваемы хвалы и песнопения от многого множества лика святых. И все как одними устами и языком сладостно произносили согласно во гласех слова хвалебныя. Я же изумился и был вне себя. Держащий меня за руку старец говорит мне: "Истрезвися, юноше, и не бойся, дерзай и воспевающих во хвалениях Всесвятыя Владычицы Матери Истиннаго Бога нашего, Ею же нас спасшего и Ею мы вступили сюда, и мы есть сообщники со всеми святыми и предстоящими, с поющими пред Лицем Ея Божественным". И я, тленный и смертный, уразумел состав тела моего, умилился сердцем и душею моею и от радости возрыдал, крепко плача и изливая струю слез из глаз моих, и мысленно во удивлении вопиял: "Боже мой, Боже мой. О неизреченна Твоя благость к нам, тленным, смертным человекам и находящимся на земле. Ты же, наш Владыко, нас Сам сотворил, премудро, и разумно, и дивно благоустроил все это, где аз есть ныне и видят тленныя очи мои. Держащий же меня старец говорит: "Не бойся, здесь место, где мы находимся, не мертвых, но живых, и во вся веки живых. Здесь смерти нет, но жизнь и живот жизни".
От ужаса и радости я оправился. По великом славословии все воздали благодарственныя словеса Владычице и все вместе поклонились до земли. Всемилостивая Владычица сошла с Престола Славы и пришедши стала во вратех святаго святилища. Благоизволила призвать к Себе словом тихим, любвеобильным моего старца, держащего своею рукою меня за руку, и говорит Владычица к старцу: "О предивный, премудрый и Боголюбивый святый великий Апостоле Христа Бога Сына Моего Иоанне Богослове, неустанно, и неутомно, и неутомимо обходишь поднебесную, предузрел и сего юнаго юношу, добре и премудре привел еси его сюда". И прочие многие словеса изрекла к старцу Всесвятая Владычица, и я все это слышал и понимал. И обращается Владычица ко мне, скорбному, смертному и тленному, и говорит: "О добре и добре сделал еси юноше. Дух Всесвятый умудрит тебя отдать Ему себя в длани рук Его и сести тебе на коленях Его. Не вдал еси себе плоти и крови, но всего себе вдал еси Сотворившему тебя Господу Богу, всех Зиждителю и Создателю, искупившему возлюбивших Его истинно - Кровию, излиянною за них и за тебя с ними".
И сия и еще многия, многия слова живыя благоизволила сказать к окаянству смертному моему. Я все это слышал в ужасе, трепете и неизглаголанной радости сердца моего. И опять Владычица говорит ко мне матерински: "Не бойся, юноше, но только внимай, понеже нужда есть тебе быти тамо, откуда возшел еси сюда. Бури, ветры и глубокия пропасти прошел еси и вихри великия странно прошел помощию руководящаго тебя и зрящаго на тебя Господа Бога Вседержителя в Триех Ипостасех славнаго и от всех родов поклоняемаго ныне и в нескончаемые веки".
Старец, обращаясь ко мне, говорит: "Говори: Аминь". И я сказал по слову его мне: "Аминь". После сего Владычица повелела одному от святых мужей повести нас и показать обители святых, там находящихся. И тот муж благоговейно обошел и показал все ясно по чину и любви его чистыя и святыя по Бозе. Я спросил своего старца: "Кто это есть от святых, что нам так мирно показывает и к нам говорит?" Старец же мой, отвечая, говорит: "Это великий и дивный во Пророцех, печать святых Пророков - есть святый Иоанн Креститель Господен". И он, слыша слова моего старца, улыбнулся немного и говорит: "Истина есть". И этот святый пошел, а мы за ним, и он показал нам все обители святых.
Обители эти весьма большие и прекрасные, и полки Небесных Сил там всех живущих хранят и им служат. Все обители велики и пространны, и украшение их неописуемо. Деревья различной красоты и исполнены жизни, цветы различные, стелющиеся по земле, красоты непостижимой и благоухания. Живущие там святые девы и матери, радостно, благоговейно и любви исполненные, встречали и приветствовали нас и, умиленно славяще Господа Бога, благодарили Его, всегда милующаго и спасающаго рабы Своя. И некоторые слова вразумления сказаны были мне ими: "О юноше, хорошо, что ты всего себя отдал Господеви, хорошо, что с Ним во вся веки, ибо Бог Сый есть во веки, Той же Бог Сый". Старец же рече ко мне: "Говори: Аминь". И я сказал: "Аминь".
После этого спрашиваю водящаго меня старца и сего святаго мужа, который нам все показывает: "Что это значит, что я вижу снаружи стен сего города, на стенах, на вратах, и снаружи и внутри храма Господня - везде есть имя: Всесвятая Владычица Мария, Матерь Царя Славы Иисуса Христа Сына Божия, и вверху сих слов царская корона украшает слова, и свет великий исходит от них?" Отвечает старец и оный святый муж: "Разумей, юноше, яко великое и всеславное и всесвятое имя "Мария" - безсеменно заченши и безболезненно родивши Царя Славы, Творца всех и Господа Бога. Очень дивно есть и преславно имя Ея - Мария, Царица бо есть небес Честнейшая и Славнейшая Херувим и Серафим, Ея помощию и милостию вся суть есть приводяй к небеси". И обошли мы все и во всем видели дивныя величия Божия и Богоматери. Радости преисполнены душа и сердце мое, и ум мой исполнен ужаса и удивления.
Мы опять возвратились к Владычице и Царице всех. Увидя нас, Владычица и все бывшие с Нею воспели песнь преславную и дивную величия Божия и хвалы Матери Бога нашего, и по окончании пения говорит ко мне Всесвятая Владычица: "Добре, юноше, яко изволил еси возлюбить Господа Бога твоего и всего себе изволил еси предать Ему в любовь и в совершенное послушание Божественныя воли Его. Безценный бо бисер обрел еси Христа Господа Иисуса Сына Божия, Из детства твоего самоохотно любовию прилепился Ему, шествовати вслед Его, восприявши твой Крест тягости ношения твоего. В пути бытия твоего встретят тебя бури, ветры, вихри, терние и волчцы явятся тебе, но мимо вся оныя проходи, ум твой да будет зряй Его здесь горе, идеже ты ныне еси с Ним и с нами всеми, И как ты ныне видишь нас, мы единодушно и с любовию великою ожидаем прихода твоего сюда. И здесь со всеми вместе будешь жителем славнаго живота града и сего жилища Господа Бога, во Святей Троице славимаго во вся нескончаемые веки". Старец, обращаясь ко мне, говорит: "Говори: Аминь". И я сказал: "Аминь".
Владычица опять продолжала говорить: "Юноше, еще скажу тебе сие: да не устудится сердце твое в чистейшей любви твоей ко Всесладчайшему Господу Иисусу Христу, Спасу всех и Создателю всея твари видимыя и невидимыя. Всегда имя Его имей в уме, сердце, Духе и душе твоей. Почитай не только умне, духовне и сердечне, но и в теле твоем, и чист буди весь во вся Дни бытия твоего, т. е. во всей твоей временной жизни. Смотри и. виждь, где ты ныне стоишь, какова земля есть, на ней же стоят нози твои, какой воздух и свет, иже дает жизнь. Разумей, о юноше, вся сия. Се милость Господня предварила тебя великая и неисповедимая, ибо Бог возлюбил так человека, яко Сам Себя не пощадил, дабы спасти человека".
И прочие многие слова изрекла Пречистая Владычица моему тленному и смертному окаянству. По многих словесех Ея ко мне еще сказала и сие: "Юноше, ты вдал еси сердце твое Сыну и Богу Моему в Триех Ипостасех Сущему: Богу Отцу, Богу Сыну и Богу Духу Святому. Добре и разумно соделал еси. Знай, что отселе имя твое в Нем, а ты еси имей в себе; живи, делай и храни, - послушник бо Его еси, - не бойся, с тобою есмь, проходи и служи, делай и не ослабевай в служении и в святом и Божественном и прехвальном послушании Его к Нему и в Нем; от Мене же назираем будеши, и будут очи Мои на тебе, и посещения Моя явятся тебе во время благопотребное во извещении. Ныне же, хотя и отходишь и отступаешь отсюда мало, но недалеко; ум, дух и сердце твое здесь есть хранимо. Малая некая уступает от зде. Известно да будет тебе, что ты здесь".
Владычица таким образом наполнила мою душу радости и веселия, и вся внутренняя моя обновися, оживе. Владычица повелела воспеть всем песнь прехвальную и величественную Триипостасному Божеству - Господу Богу Славы. И все воспели дивно, преславно и великолепно, и как бы вся земля, небо и воздух подвигнулись. И я от ужаса, сладости и радости как мертв пал на землю. Приступила Владычица и коснулась рукою Своею грешной главы моей и, взявши за руку мою, говорит: "Тело в тебе еще смертное и сих тобою виденных вынести не может, но дерзай, жив еси и жив будеши". И говорит: "Воспой и ты с ними во хвалении Господеви". И как мне подавал Дух, я навык словес оных и пения и гласа.
Владычица повелела нам идти к воротам тем, в которые мы со старцем входили и где нас встречали оныя лики. Мы так же опять с ними и еще с другими пришли к воротам. Здесь все стали и все совместно воспели песнь пресладкую и преславную Владычице Достойной Матери Господа Бога нашего. Все Ей поклонились главами своими до земли, а также и мы со старцем, и все единогласно воспели потом: "Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, ныне и присно и во веки веков". И мы сказали: "Аминь".
Когда мы вышли из ворот, старец говорит ко мне: "Словеса, которые в песнях внял и навыкл еси, с собою отсюда на землю к земнородним снести не возможешь, ибо на земле там смерть есть и все тленное, что только находится под небесем, а сии словеса хвалы и славословия Господеви и Всесвятей Владычице Богородице во хвалениях жизни и безсмертия исполнены суть. В смертных же человеках сии словеса невместимы суть". Я, слыша сии слова старца, начал в себе разсуждать и старца спрашивать: что же сие такое, разве мне нужно быть таким там и пройти на земле все пропасти, стремнины, бури, ветры и вся вихри? "Да, тебе нужно быть там, как изволила тебе сказать Сама Всесвятая Владычица Богородица, а духом пребывать здесь, помнить все Ея наставления быть тверду, непоколебиму в любви к Господу Богу, Пресвятыя Владычицы и ко всем святым. Всегдашнею памятию твоею - припоминай, где еси ныне всех обошел и видел еси всех, и от всех их был оказан привет тебе. С ними совместно участвовал во хвалениях и славословии и благодарении всех Создателя Господа, Триипостасному Божеству поклонялся еси, так же поклонялся и Богоматери".
Мне сие слышавшу, опечалися душа моя весьма, а сердце исполнилось великой жалости. Горько мне было, лучше бы мне здесь умереть, дабы только не идти отсюда. Рыдая горько и горько, я не хотел и жить, лишь бы только не уходить мне от места сего. Ужасной жалости весь я был наполнен и, рыдая, лежал на земле, слезами обливая землю, на которой лежал, и к тому уже не хотел нисколько утешиться, только сильная печаль объяла душу мою! Скорбел о том, что мне опять нужно идти отсюда, и так лежал и рыдал. Старец же не отступал от мене, видел всю скорбь мою и болезнь сердца и души моей. Находясь вне врат обители Владычицы, и здесь так же место велико и пространно, прекрасно и величественно, и везде, всюду деревья исполнены жизни. Листвием своим издают шум, как звук струн или громогласных труб, произносят хвалебныя песни, как будто в них кто живет живой и сладкия для слуха песни движет. Воздух чистый, живой и светлый, как будто бы несколько солнцев сияющих: украшение всюду великое, а однако же у меня скорбь тяжкая, что мне нужно обратно идти на землю. Я умоляю со слезами старца моего оставить меня здесь, чтобы здесь находиться всегда.
Старец же веселым лицом своим и живыми ласковыми и любезными словами говорит ко мне: "Нельзя тебе, юноше, ныне быть здесь. Это только восхотел и благоволил милостивый и человеколюбивый Господь Бог от благости Своея изъять тебя сюда и показать тебе все сие, что ты ныне видишь очима и слышишь ушима твоима, осязаешь и вдыхаешь ноздрями и устнами твоими воздух и свет этот, день от дне не мерцающий и никогда не пременяемый, ночи здесь нет, и солнца не требующий, ибо имеет солнце Правды Господа Бога, здесь живущаго и пребывающаго во вся нескончаемые веки веков. Вся сия тобою виденная Господь Сам благоволил тебе показать, а поэтому ты к тому больше не скорби, но во время благопотребное все вспоминай непрестанно, воспоминай всесладкого и всерадостнаго жениха твоего Безсмертнаго Господа Бога, Спаса всех Иисуса Христа и всегда Его благодари, ибо Он Бог Сый, твоя радость, так же как и всем истинно возлюбившим Его". Сие и многое и очень многое старец, утешая меня, говорил мне. и затем возставил меня на ноги.
В это время пришел муж - юноша очень прекрасный в ризах чистых, белых и сребровидных, опоясанный крестообразно. Смотрит на меня и говорит старцу: "Что, этот юноша желает ныне здесь жить с нами? О добрый, Бога возлюбивший юноше! Довольно тебе и этого, что благоволил Владыка Господь Сил ввести тебя сюда и показать тебе все то, что ныне видишь, ты Должен непрестанно благодарить Его и соблюдать все Его Божественныя и животворящие заповеди; всю волю Его в самом себе всецело соблюди, в душе и сердце очень любовь к Нему неугасимую сохрани и тогда опять будешь с нами здесь во веки". Сказавши это ко мне нечистому, далее к старцу говорит: "Вышло повеление от Господа Бога, да идем с нами и этим юношей к Тому, Кого он, юноша, возлюбил и всего себя отдал Ему". Пошли мы ко храму Господню, и вот один от Архистратиг воскликнул великим, но исполненным любви и благоговения гласом ко всем внутри храма, там предстоящим: "О людие и вся племена и языцы принесите и воздайте Нескверному и Непорочному хвалу, славословие и благодарение." Принесите на Крест Закланному Агнцу, принесшему Себя в жертву Богу, Отцу Своему, за весь род человеческий, который искупил Своею Божественною всеосвященною, Живоносною Кровию Агнчею, подавшему всему миру, верующему во Всесвятое Имя Его, вечное спасение, Ему же честь, слава, славословие, благодарение и поклонение подобает во веки веков". И все совместно, как громы глас, множества вод и множество труб, как одними устами стройно воскликнули: "Аминь, Аминь, Аминь". И пели: "Аллилуиа, Аллилуиа, Аллилуиа", И многая возсылали хвалы величественныя и сладостныя.
От ужаса и страха едва не исчезе во мне дух мой, и я от радости обливался слезами моими. По величии песни и хвалы все пали ниц главами своими до земли, воздающе песнь хвалы, благодарения и поклонения, И сотворили все молитву к Безсмертному Агнцу о земнородних, верующих во Имя Всесвятое Его, еще находящихся на земле.
О, Боже мой, Боже мой! Окаянный и смертный! я червь и тля; уразумевши свою немощь и ничтожество естественной плоти моей, которою обложен, вострепетал горько дух мой во мне, что я есмь - увы, 0 очень возрыдал, как я ныне смертный стою посреди мужей сущих святых и безсмертных в селениях и во граде святем, и даже во храме нерукотворенном - Святая Святых:
После всего этого долго, очень долго была тишина. И говорит Сидящий высоко на Божественном Великом, Святем Престоле Своем Господь Иисус Христос, Спас мира, к старцу моему: "Приступи ко Мне и веди юношу Моего ко Мне, понеже юн сый, обаче возлюби Мене и всего себе отдай Мне". Мы со старцем подошли ко Господу. Господь говорит: "О, добрый юноше, из млада ногтей младенчества твоего возлюбил еси Мене и всего себе Мне предал еси. Зри же и ты язвы гвоздинныя рук Моих, и язвы осяжи на ногах Моих, прикоснися же прободенной копием сотника-воина язвы ребра Моею". Увидя язвы - дыры живыя растерзанныя глубоко на руках и ногах и ребре Божественном Его, пал на землю от горести, слез, ужаса и жалости ко Господу Богу моему. Господь опять говорит: "Дерзай и не бойся, юноше, виждь ясно руки, ноги и ребра Моя, повелеваю тебе: прикоснися и осяжи Мене; разумей же и сие: все терпел избранных ради верующих в Меня и опять терплю и за избранных Моих рабов... слыши, юноше, и воинам в сердце твое вся Моя к тебе словеса и об онех реченных к тебе пред всеми, ибо сии слова будут благопотребны тебе и иным по тебе. Храни все Мое в тебе, ибо предо Мною еси, и твой есмь Аз. Аз бо есмь во веки живый и живу Аз во веки". Старец мой говорит ко мне: "Говори: Аминь".
Тогда все как одними устами возгласили сладко, громко и величественно: "Аминь". Старец, потрясая мою руку, говорит: "Говори: Аминь". И я сказал: "Аминь". Все же предстоящие возглашали велегласно песненно: "Аминь", "Аллилуиа и Аминь" и иныя прилагали присно животворныя словеса Господеви, поя и воспевая, славословяще Господа Сил. Храм же Господа Бога очень велик - так что многое множество всякого колена, возраста и чина святых, все вмещаются внутри храма Господа Бога Славы.
Затем повелел Господь посетить скинии - обители святых. И повелел одному от предстоящих Себе мужу святому, и тот пошел со старцем моим и между собою беседовали о благости, милости и крайнем снисхождении Божием к роду человеческому, а особенно к уверовавшим в Него истинно, ибо Он Господь Сый, любит их и близок им есть. Слыша их, беседующих между собою, не знал, кто это, что нас ведет показывать обители. Пришли мы к вратам стены-ограды высокий великой красоты, издающей лучи света, как от солнца Ворота тоже великия, и вверху над воротами Крест Господень, сияющий в силе и славе, и написаны слова: "Се обители суть святых лика пророков".
Старец мой и водящий нас возгласили словеса молитвы ко святым пророкам, а оттуда был слышен глас: "Аминь". После этого голоса ворота святой обители отворились, и мы увидели лик святых небесных воинов и иных многих святых, здесь предстоящих, которые, увидев нас, радостно воспели все песнь важную и великую Господу Богу Триипостасному и Божественному Божеству: "Приидите и возрадуемся вси и дадим славу и величие Сотворившему нас Господеви и принесем Ему дары, хвалы и благодарения милостивно Спасшему вся и Милующему вместе и земнородных, якоже мы ныне все видим". И воскликнули: "Аминь". И все воспели: "Аллилуиа" и многое другое пели. За сим воспели песнь сладкую и преславную Матери Бога нашего, Еюже весь мир спасен бысть и ныне спасаем есть. И вышло благоухание великое и неизреченное, облагоухало всех и все и всего меня оживило. Все радостно приветствовали нас, и все любезно смотрели на нас и говорили они ко мне смотрящему: "Добре потщался еси, о юноше, что вдал еси Богу себе и юность твою. Бог бо есть Сый возлюбил тебе и благоволит о тебе. Добр, смыслен и разумен будь всегда и во всем ко Господу Богу твоему и Богу нашему, о юноше, во веки веков". Старец говорит ко мне: "Рцы: Аминь", и я сказал едва: "Аминь".
Тогда все здесь стоящие, многое множество, воспели: "Аллилуиа, Аллилуиа, Аллилуиа" и другие слова животочныя прибавлялись ими. Я опять был вне себя. Погрузилось сердце мое в скорбь и слезы, и во ужасе находясь, вопиял: "О Боже, Боже мой и Господи, что это есть со мною ныне, да еще с какими Ангельскими чинами и посреди людей сих святых Божиих есмь. Я есть сено тленное, ужасаюсь, как бы не сгореть или не ожечься". Очень погрузился я в тяжкую печаль и, изнемогши, пал на землю, и едва только дух мой во мне остался. Приступил некто ко мне, положил руку свою на голову мою, и от этого почувствовал я, что дух мой во мне остался и ожил. Этот благолепный муж говорит ко мне: "Говори: Аминь". И едва только произнес я слово "Аминь", как опять возгремела песнь.
И опять говорит ко мне: "Ты, юноше, еси отца и матери твоей, и от первородных еси. Я сына первенца и первородна имел и сего во всесожжение в жертву Господеви Богу моему и Богу всех принес. И вот я и сын мой здесь. Будь и ты там так на земле и вознеси себя во всесожжение Господеви Богу, всех принеси, ничтоже сомневаяся в Нем, ибо от Него и в Нем находится все и вся. Сый Бог наш в Триех Ипостасех во веки веков". Старец говорит ко мне: "Говори: Аминь", и едва я только произнес слово "Аминь", как опять возгремела песнь великая и тригубая и много повторяли: "Аллилуиа". По окончании пения муж оный говорит ко мне: "Будь муж правды, благоделания и благочестия исполнен, а также исполнен веры, надежды и любви к Богу и храни целомудрие".
Затем, обращаясь к святым, говорит: "А вы, свв. Апостолы Петре и Иоанне, храните, покровительствуйте ему во вся дни жития его". Мы обошли там всех. Что было и что видели там - сего язык человеческий сказать не может. Мы вышли оттуда и пришли к обители свв. Божественных Апостолов. Обитель свв. Апостолов дивная и неописуемой красоты. Стены красные, высокие от камней дорогих, и ворота также из дорогих камней. Над воротами Крест Господень, светло сияющий. Мы стали перед воротами и сотворили к свв. Апостолам молитву. Водившие меня свв. Апостолы Петр и Павел велели мне повторять за ними молитву, то оттуда из-за ворот слышен был голос - "Аминь". Ворота св. обители тотчас нам отворились.
Предстоящий там внутри дивные свв. мужи и воинство Небесных Сил, увидев нас, все преисполнились радости великой, и один из предстоящих воскликнул голосом великим: "Приидите вси, возрадуемся и воскликнем Богу Спасителю нашему в пении, песнех и во хвалениих Богу Иаковлю. Принесем благодарственные хвалы величия, чудес, сил и благости Его". Св. первоверховный Апостол Петр с апостольскими ликами предначинал, и все пели песнь пресладкую, так что и дух мой ожил во мне.
И так я пробыл время немалое и обошел там находящийся обители святых - как великий и весьма великий город красный, благоустроение которого дивное; величину, долготу и ширину измерять уму человеческому невозможно, а также невозможно высказать и сияние света там, находящегося на ней, разлияние воздуха, земли и всего находящегося на ней, доброты, славы и украшения всего на ней, сказать невозможно; все дивное и благоухающее жизни и безсмертия - есть полно. После всего этого мы еще много обошли св. обителей и видели там святых, проживающих, веселились они и радовались они радостью неизглаголанною. Обошедши все, мы пришли уже в третий раз ко храму Господа Бога и стали со старцем пред Господом Богом, а старец держал меня за левую руку. Все там находившиеся святые воскликнули: "Аминь". Затем изшел голос от предстоящих и окружающих Престол Господа Бога Вседержителя - белоризцев, имеющих на главах своих венцы великия, красоты исполнены неописуемой, которые запели: "Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекохтеся, Аллилуиа", - и опять: "Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекохтеся, Аллилуиа". Пели все песнь великую, трегубую, а я, окаянный, стоя пред Господом и видя все это, находился в ужасе и радости великой, и едва оставалася во мне душа и жизнь моя.
После этого Сидящий на Престоле Господь Бог Вседержитель, простер Десную Всесвятую руку Свою, держащую книгу великую, как в пол-листа толстую, и дал Господь Бог эту книгу водившему меня старцу и сказал ему Господь: "Приими книгу сию, книгу жизни и словес живых, вписанных в ней, приими сию, раскрой ему, да видит юноша сей книгу и письмена, списанные в ней, ибо видишь внутри и вне вся есть списанная, да видит точию только, но не читает ее. Повелеваю тебе: даждь ему, да съест оную". Старец принял от правой руки Господа Бога Вседержителя и, по слову Господню, показал мне оную. Снаружи вся списана есть. Затем открыл оную, и внутри вся списана мелкими словами. Я просил старца сказать или указать мне хотя одно слово от слов, вписанных в ней. Но он не дозволил и не сказал, что есть в ней, и повелел мне оную кушать.
И вот изшел от Господа Бога Вседержителя голос, повелевающий принять мне оную книгу и кушать, но я думал, что она может не вместиться внутрь чрева моего. Я принял от рук старца книгу. Старец говорит: "Огради себя крестным знамением и с молитвою говори: Слава Отцу, слава Сыну, слава Духу Всесвятому, и говори: Аминь, и опять говори молитву: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя и благослови меня на дело Твое, аминь". Я начал есть книгу, и была она мягкая, как самый мягкий хлеб пресладкий. В устах я ощущал великую сладость, мне была она очень сладкая, и я всю съел ея, и ни одна крупинка не упала от нея. Когда же оную я скушал всю, тогда явилась во чреве моем великая, что и высказать невозможно, горесть. Очень внутри заболел живот мой, и едва только дыхание осталось во мне. Великая и сильная была во мне болезнь. И вот от Господа вышло слово ко мне грешному: "Это тебе есть не болезнь, а врачевание, что сам еси принял, то и другим дать и послужить можешь тогда".
И оное многое сказал Господь предстоящим Ему о мне. После этого я ощутил в себе силу великую и возраст в мужа тридцати лет. Повелением Сидящего на Престоле Святом Господа Бога Славы стали предо мною воинственные мужи и взяли меня одевать в одежду всю воинскую: латы, шлемы и стрелы. Я был в мужа крепкаго и сильнаго. И было слово ко мне Господа Бога Сидящаго на Престоле: "Виждь себя, муж еси лета силы и крепости, вооружен бо еси силою и благодатию Божиею. Не бойся, гляди и стой, с тобою бо есмь". Все предстоящие Господеви воспели благодарственныя хвалы: "Аллилуиа".
И вот я вижу себя мужа крепкаго, сильнаго и твердаго в предстоянии пред Господом Богом и пред всеми, и меня все удивляло. Как было и есть все во мне. Силу великую я разумел, вшедшую в меня, и крепость в мышцах ног моих от тех сапог, в которые обули меня. Сапоги их новые и крепкие, и от них вошла крепость в ноги мои, и так было мне на многий час. Величия же хвалы Господеви были от всех возсылаемы. Все находившиеся там святыя радостно смотрели на меня, и они песни вознесли Господеви, живущему во веки веков. И затем пали на землю главами своими и поклонились Господеви, воздавая благодарение и поклонение Живущему во веки веков.
Господь Сил повеле моему старцу приступить ближе пред Ним и представить и меня, и говорит Господь к старцу: "Се муж, иже прииде с тобою, прииму его во всем, он был там на земле и паки нужно быти ему там до времени и времен, Аз буду с вами, вы не будете одни там, но Аз там буду с вами. Очи мои будут видеть его всегда там. А ты муж в крепости и силе еси буди и видиши себя, и разумей - всегда есмь с тобою, ныне и во веки. Да и Мати Моя, которая породи Мя, без семени зача во чреве Своем, и без болезни роди Мя, и Ты, яко Владычица и Попечительница есть верующих в Меня, возлюбших Меня и предавших себя всего Мне и имени Моему". Старец повелел мне, сотворивши на себе крестное знамение, поклониться Господеви. Господь Бог Вседержитель благоизволил всем там находящимся святым провести нас до врат святаго и славнаго града. И все множество святых и Ангелов провели в пении и в хвалении Господа Бога, Триипостасного Божества.
Мы со старцем, поклонившись святым и вышедши за ворота великаго славнаго града, вскоре очутились в посаде Крюкове города Кременчуга, у дома моих родителей. Здесь я увидел опять себя младенцем 7 месяцев, Старец сделал из зеленой травки для меня возглавие и положил меня; затем присел около меня и утешал. Мать моя считала меня пропавшим, так как меня не было на земле двенадцать дней - скорбела и плакала, но все же посматривала все время на то место, где меня положила. И вот, увидя меня лежащим на том самом месте, прибежала ко мне. взяла меня на руки: целует, плачет от радости и спрашивает, где я все время был? Я же все хорошо понимал, где был все время и что видел, но так как говорить еще не мог, то от радости только мог сказать: ля-ля-ля, а больше ничего. Прибежал и отец мой, и целует, и тоже удивляется, где я был и что опять оказался на месте. Старец мой, когда взяли меня родители мои на руки, все еще стоял, а затем, благословив меня, скрылся. Родители, как видно, его не видели. После этого я прожил дома без отлучек до 5- 6 лег, потом опять тот же старец пришел и взял меня, но только на малое время - всего на 6 дней. Потом в 10 лет я был снова взят старцем, а отец сек меня розгами за отлучки, приговаривая: "Без спросу не смей никуда ходить". Потом еще на 7-м и на 12-м году повторялись видения, но я ничего не мог передать боголюбивым братиям об этих видениях. Желая боголюбивой братии подробно все передать, давая тем знать, яко бы мы в глазах Всевидца Бога находимся, и вся наша тайная совершенна есть.
Архимандрит Иона, в схимонасех Петр. 1888 г. 5 марта.
ПРЕБЫВАНИЕ В БЕЛОБЕРЕЖСКОЙ ПУСТЫНИ
Во славу Всесвятаго имени Божия и теплейшия в скорби Помощницы Пресвятой Владычицы, Попечительницы и Руководительницы от самыя юности моея и всех святых и святаго Всехвальнаго девственника Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова.
При самом вступлении Богом указанного мне пути земной моей жизни, при первом вступлении моем в монастырь диавол в первый же мне день возвеял его ветры и бури, нанес то, чтобы мне сейчас же дали отказ - убираться из монастыря, чтобы я не ночевал. Мне же всего того, как и что и за что, и до днесь не было известно, но Господь Бог и Матерь Божия и все святые козни его разрушили. Держался я в монастыре милостию Божиею и старца молитвами. Все проходи ло мимо меня, в переход мне дальний жительства моего и времени. Потом, по воле Божией и милости Божией Матери, сел я уже в Белобережской пустыни, Вручен Богом и отцем игуменом Боголюбивому и Богомудрому старцу под руководство и был к нему но Бозе уверен.
Потом прошло лет несколько, и новую бурю воздвиг диавол и некиих из старших братии вооружил против меня, чтобы меня непременно выгнать из монастыря. Игумен же, видя, что все сие есть одни козни диавола, не соизволил им на изгнание меня из монастыря. Тогда они просят отца игумена для успокоения их гнева поставить меня в трапезе на поклоны во время братской трапезы обеда и в вечер, что и было исполнено мною 3 дня с большой любовию и без гнева к ним. А еще даже сие дело меня утешило, и Господь меня утешил, и Матерь Божия, ибо я разумел, что сие есть козни вражий, дабы меня вдать в малодушие, от которого меня Господь избавил. Оные же старшие из братии все-таки имели сокровенную какую-то нелюбовь ко мне, о ней с моей стороны и незаметно было о том бывшем... Все совершенно забыто. По просьбе их я оставлен был в келейном уединении и безмолвии, молитве Божией: и так было несколько лет.
Господь Бог, Матерь Божия и все святые меня окаянного не оставляли, так же и старец, зная, что все сии козни вражий. Мою невинность любил и жалел, и утешал меня всегда, а также и отец игумен и другие многие. Я же в деле сидения в келлии, безмолвия и уединенного пребывания видел высоту меры сего дела и, забывши вся, яже от земных, и отставши от всякия земныя вещи, отрешившись от всякаго человеческого, и от братии, и углубившись в себя, был я аки бы вне тела. И тако пребывал лет несколько, и ко мне никто никогда не входил, кроме единаго старца моего, а иной же никто.
И так быв, видев сам свою меру, помолившись Господу Богу, Матери Божией для блага общаго св. обители и меня самого, решил я выйти от безмолвия и потрудиться вообще с братией, и было так. По некоем же времени враг не спя возмутил старших из братии против о. игумена, невинно начали негодовать на него в братской поварне, хлебне, келарне, гостинице и в других послушаниях и опять ко мне. Гнев же был их от подстрекательства сатаны, но больше они ничего не могли сделать, как настояли они сменить гостинника. По их указанию, для исполнения их странной воли - свободного входа в гостиницы выбрали по себе гостинника. Он перешел в новое послушание и во управление. И бысть начало тамо свободно для них, и было им всегда приятно, и все дело пошло по них. Господь же Бог наш и всесвятая Владычица Богородица, щадя всех, видя их стремления и во вред и пагубу им самим, да и многим, не потерпели далеко им идти в безчестии имени Божия, Матери Божия, св. обители, да и иным многим, порази нового гостинника внезапною болезнию; отнялись у него руки, ноги. язык. Память же его к сознанию оставил ему Господь Бог, оставил ему Господь Бог жизнь, дыхание и некую память. И быв лежа совершенно недвижим.
Избравшие его самонадеянного мнилось в них в покой и успех, и надежду избрания, намерены они были идти далее, когда же благоволил Бог показати им Его силу и власть низложити и смирити гордыню и властолюбие, замыслы пресече и посрами, порази их ужасом страха и срамоты и воздвиженного (избранного) ими порази, тогда опять у отца игумена требовали немедленно назначения моего: за ним, больным, присмотра и служения, что и было мне назначено, и когда я уже был при страдальце монахе, отце Кесарии, они, приходя к нему, мне резко, дерзко и с угрозою приказывали быть неотступно всегда при больном. В случае, что не так, грозили извержением из обители. И я из благопокорности, любви ради к Богу и от святаго послушания с любовью был при нем. И так было довольно много времени.
Нельзя было отлучиться от него ни на один час, всегда нужно было быть с ним. В церковь я не мог ходить ни к одному Богослужению, а он, больной, находился недвижим. Мне же было при нем во служении очень легко, приятно, даже радостно в служении больному. И все к нему послушание проходило мирно духом, сердцем и совестию. Враг же диавол и тут меня нашел.
ЯВЛЕНИЕ ГОСПОДА ИИСУСА ХРИСТА ОТЦУ ИОНЕ
Тяжело мне было 4 и 5 января целый день. Уже настал вечер по окончании Божественной Литургии и освящении воды. Принесли святую воду из церкви и нам дали. Я дал святой воды больному старцу, помочил ему голову и себе также, выпил немного и голову помочил. И се идут старцы оные со святым крестом и святою водою. Старцы и меня удостоили приложиться ко святому Господню Кресту и покропили святою водою, все так же с укоризною "изверженника", говорят они. Они, святые старцы, пошли, я начал заботиться о больном старце. И во всем должном старцу давал прежде чай, а потом не скоро подавши ему пищу: сам его я поил лежащего, поворочу на бок его и подаю ему чай, так же и пищу и, опрятавши его совсем, как должно, успокоил его. Самого же себя едва принудил принять пищу. Немного посидел я на скамеечке, а чурбан стоял на том же месте, где он был тогда, когда изволила сесть на нем Всесвятая Владычица Богородица. И я, немного посидевши, почитал молитвы на сон грядущим и сел заняться памятью молитвы Иисусовой, огонь потушил, старался, усиливался преодолеть все вражее на меня ополчение. Но нет, победился, хотел как бы посидеть около стола, хотя уже темно было на дворе и в келлии, и в окно хотел поглядеть, но нет, окаянство мое побеждено. Сильно уязвлен в скорби был я сердцем, даже до ослабления. Совершенно слег, едва дух мой переводил, и так лежал почти без памяти, как пласт, едва дух мой был во мне. Были и слезы мало, и какое-то тяжелое давление духа, так что никак не мог укрепиться и не поддаться сему давлению. Лежал и только была одна мысль, только одно просил Господа Бога, Божию Матерь и всех святых: помогите же мне в час сей отчаянный скорби моей. И слабость духа моего очень была велика; так чувствовал я себя тогда.
Помню теперь, что человеческому естеству невозможно перенести всего того ощущения, какое было у меня, тяжесть и ослабление всего тела и духа, угнетающая невыносимо. Аще не Господь Бог и Матерь Божия и святые не помогут мне и не поддержат меня - кто поможет? И так лежал я. Потом пришла мысль, се уже скоро будет благовест к бдению всенощной священного торжества. Братия вся те все праздники были в святом храме Господнем, молились с Ангелами Божиими и опять будут молиться, а ты до чего низведен, смотри, какое твое бытие, каков конец сего всего будет, ты всего того, то есть праздничного Богослужения, ничего не увидишь, се уже при дверях изгнания твоего из святой обители. И вот тут-то горесть и слезы начали давить меня, едва не до исчезновения духа.
Так лежал я, и сна совсем не было, да и откуда и могло ему прийти ко мне, бывшему в таком состоянии. Ударили в колокол на повеет и к бдению повеет не был ударяем в 9 часов вечера. Святое Богослужение начато было в 10 часов. Мне стало еще тяжелее. Все братия будут в Церкви, а я быть и теперь не могу, и слезы полились из очей моих. Я все двери келейные потихоньку отворил, и кто-то входит и говорит: "Благодать, милость и мир Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа зде со входом Его есть". И я лежа думал, что это пришел гостинник другой, бывший помощник отца Кесария, пришел нас проведать, сам же лежу как пласт и глаза имея закрыты.
И пришедший некто стал поодаль мене и говорит мне: "Добр воин, но малодушен и терпения не имать, трусливый воин". Коснулся рукою своею моей левой руки и говорит: "Почто тако ты опять вдаешь себя самого в обуревание и в изнеможение, егда ли оставлен? Восстани на ноги твои и приими силу, бодрость духа", - и взял руку мою. Я не разумел, кто, но очей своих так же не открывал, как обычай есть всегда У меня таков (в потемках глаза закрыты у меня всегда), и я все думал, что пришел гостинник, да еще и негодую на него, к чему он меня тревожит, мне и так горестно, а еще и он скорбь прибавляет мне. Но когда я открыл глаза, увидел свет очень великий и сияние Его, ужаснулся, пал мертв, не чувствовал, и не понимал, и не помнил ничего, и совершенно не знаю, долго ли было со мною сие или мало, а только почувствовал я руку чью-то, на моей грешной голове держиму, и от нея потекла по всему моему телу жизнь.
И говорит Он, сияющий светом: "Дух его в нем есть". Сам Он придвинул к Себе тот чурбан и сел, и мое окаянство придвинул к Себе, к Своим Пречистым Божественным ногам, и до колен Его видело скаредство мое. И говорит: "Что тако оскорбился еси?" И я, окаянный, вот тут-то ясно узрел и познал Господа Бога Спаса моего Иисуса Христа. И говорит ласковое слово, исполненное милости, любви, сладости и жизни: "Смотри и осяжи вся Моя руки, ноги, язвы ребра Моего и познай, яко Аз есмь не привидение, а истина суть вся и Аз язвами Моими приидох врачевати тебе, также и других, подобных тебе малодушных". И благоизволил Всеблагий Владыко показати руки, язвы, гвоздинные раны, глубокия, великия, кровавыя нози Его, раны еще большия, глубокия, окровавленныя, живыя, как сейчас прободенныя, потом Божественное ребро Его и рек: "Смотри, не бойся, осяжи, посмотри, приидих бо спаси человека". И правого бока рана глубока, и широка, и длинна, свежа, окровавлена, как сей час же прободена. "Не бойся, всего смотри и виждь - зело бо люблю человека, и веселит меня чин монашеский, и люблю инока до конца".
И я, окаянный, не смел прикоснуться Ему. Но Бог Сый благоизволил взяти руку мою Своею десницей и персты моя наведе прикасатися ручным и ножным язвам Его, так же и ко Пречистому и Божественному Его ребру. Ужас и страх поразил меня. Бог, и до кого сниде. О Боже мой, Боже мой! Глубина и богатство мудрости Твоея! Восхотел еси спасти бренного и ничтожного человека. Сие мне помыслившу, и говорит Господь: "Ты смыслиши сия, се таковы суть дела Мои и воля есть Моя и хотение, все ли спасенными быти и благотекущему помоществуяй в напатствуемых ему есть, и со скорбящими тамо есмь, в гонимых и страждущих - с ними есмь, и с радующимися - срадуюсь им, иже имя Мое кто-либо и где-либо воспомянет, и тамо есмь Аз. И ты, Боголюбивый иноче, отселе бодрствуй, стоя твердо и мужественно, и никогда не вдавай себе малодушествовати, с тобою есмь Аз, и Мати Моя бывше у тебе и с Нею бывшие кто. и забыл ли ее? И ныне Аз пришед и свидетели сузь сии святии, зде со Мною предстоящие, веси ли ты сих, вопроси их, и всяк повесть тебе, кто суть сии".
И говорит один от них: "Аз есмь благодатию Господа Бога моего Иисуса Христа - Иоанн, именуемый от всех Креститель, тогда ядый акриды и мед дивий и усечен быв от Ирода за благочестие и закон Божий". Св. Божественный Апостол Павел рече о себе: "Аз есмь Павел, раб и Апостол Господа Бога Спаса моего Иисуса Христа, в жидовстве моем бывшу мне, попремногу гоних Церковь Божию. Егда же благоизволил Господь Бог мой призвати меня, то за Имя Всесвятое Его и ради Церкви Св. Его благовестия учения проповедывал людем и уверял неверныя в веру Господа Бога Иисуса Христа, изобличая заблуждения их. и за слово Христово много зла претерпел: болезни, раны и усечен бых сладце, радостно вся претерпел за возлюбившаго меня Господа Иисуса Христа Бога моего. Молю и тебя пред Господом Богом Иисусом Христом, вся находящая тебе в бытии твоем зде, терпи и ты за возлюбившаго тебя Господа Бога Иисуса Христа. Спаса всех, уверовавших во святое имя Его, и будет тебе радость и веселие неисповедимо, и радость сия не отыдет от тебе и во веки".
Господь Бог Всеблагий Истинный Человеколюбец, держащий Всесвятую руку Свою на скверной голове моей, а левую на плече левом моем, говорит ко мне скаредному: "Боговозлюбленному иноку всегда нужно есть имети сия; ты оставил в залог Мне власы и всего себе предал еси Мне за ту самую любовь к тебе, истинна так есть, как равно и Я дал тебе в залог всего Меня Самого быти с тобою, сохраняти, согревати тя, утешати и веселити сердце твое всегда иным утешением Всесвятаго Духа. Сочетал Аз тебя в чести с лики святых, со отцы добры и Богоутодне пожившими и потрудившимися во многих поте и страданиих своих сладце претерпевших, ныне же присно радующихся. Тако и ты, аще и мало претерпиши, но великая и неисповедимая приемлеши в радость Господа Бога твоего внидеши и будеши тамо во веки уже некончаемыя. А ты воззри на первые роды, добре в законе Божий жительствовавшие и законы творившие, что с ними было? Многие были во узах скованы, железом забиты в кладех, темницех, изгнаниях, претерпевшие раны и самые горькие поносные страдальческие мучения, усечение руки, перст, ног, колен, рассечение темени и усечение главы, а иная на деревьях повешены и на древах растерзаны, а иные зверем в снедь вданы или огнем сожжены, иные утоплены в глубинах воды, иным языки урезаны быша; что же? Но урезаши языка их глаголаху ясно. Иные же лютым мразом уморены бывше, иных землею живыми закапывали, и такое умроша, иныя копьями избодены скончалися, а иные в кипящее олово ввержены кипяще и не сваришася, мирно почиша, иные же на древе крестном стремглав повешены, умучимы ранами скончашася, а иные, гладом и жаждою удручены бывше, радостно скончашася. Блюди же сие и воззри умом и сердцем твоим и внемли, что же претерпе и немощнейший сосуд женский, всякаго рода путь страдальческий прошедше, сладце любви ради своея к Господу радостно и весело претерпевши поношение, наготу, прещение, безобразное насилие, срамоту, поношения разныя, муки уз и темниц, копьями избодение и главы усечение. И все сие всерадостно и веселяся претерпевши и умроша.
И ты от сего научися и умудрися понеже все сие первые и вторые сладце ради любви своея Господу Богу своему тако пострадавше, умроша и наследоваше небесная вечная блага. К ним же и ты причтен еси, разумей и да умудрится и укрепится дух твой, и да будеши се вновь в тебе, и не изнемогай, трезвися и бодрствуй, бди, с тобою бо есмь, и да не будет в тебе помышления сего, яко далече еси от Мене. Легкомыслием и малодушием не увлекайся, неси бо далече от Мене, такожде и Аз есмь при тебе, а что ты явственно не видишь Мене, то сие едино довлеет тебе. Я же говорю тебе сие - с тобою есмь и тебе всегда вижу и слышу вся твоя движения, мысли сердца твоего зрю, и вся твоя несть сокровенно от Мене и всегда готов есмь быти с гобою и во твоих.
Помяни сие, егда жидове воссташа на возлюбленнаго Мне св. Архидиакона Стефана, егда рассвирепевше полчище их извлекше его вне града и начаша сего святаго мужа Стефана камением побивати, не был ли и Аз там, смотря страдания его и словеса молитв его о убивающих его. И Аз, видя все незлобство его, также видя кровожадность, свирепство зверообразное Богоубийцев, человек оных, и не бых ли Аз тамо, иже Стефан узре тогда Мене, смотряща на подвиг страдания его. И ожидая конца страдания его и мирно исшедшей от тела души его, кротко принял ю руками Моими, возлетевшую ко Мне, аки птенец голубиный. И Аз сию приях в руце сии, иже ты ныне видиши, и внесох в селения обетованная.
Тако ми есть всегда, зрит око Мое на подвизающихся и борющихся с тремя враги, ратоборствующими всегда вселукаво и устремляющимися одолети подвизающихся Боголюбцев. Суть сии: плоть, мир и диавол. Се суть домашние, всегдашние враги докучливыя и борющие подвижники. И зрю подвиг его и труд, требующий помощи и силы, крепости и благодушия, приемлю всех во всем. Не смогу терпети нападающих и угнетающих неповинных Моих; всяко бо кое-либо буди или бывает к ним озлобление, Аз приемлю на Себя. Утруждаемым же дается утешение, мир умный, духовный и сердечный, приходит к ним покой несказанный, приснорадостный.
Како ты скоро забыв недалече бывшее посещение Моея Матери, Утешительницы благоскорбящих страдальцев, и бывших при Ней свв. вмцц. Варвары, Екатерины и первомученицы Феклы и свв. Первоверховных Апостолов Петра, Иакова и Иоанна Девственника. Вси сии бывшие у тебя и беседовавшие с тобою, кто из них како претерпе во временной жизни своея (страдания) на земле. Что бысть им тогда, а потом что есть им ныне. А ты зри всего Мене, язвы вся, нозе и ребра Моя, дерзай, осяжи, и виждь, и испытай. Рассмотри, не привидение бо тебе есть, воистину Аз есмь".
И взял Он Своею Божественною рукою скверную и окаянную мою руку и пальцы десныя моея руки наводит прикасатися язв гвоздинных правыя Его Божественныя руки. И видев язву, и пальцами моими прикасался ручной язве Его. Также опять левую Его Божественную руку приведе к очам скаредным моим, и говорит мне Владыка Господь: "Виждь, осяжи добре, и осяжи разумно, и вложи твой перст в сию язву Мою, и виждь вся сия, не привидение есть пред тобою, но истина есть". И я, окаянный, осязав десную и левую руку Господню, трепетно со ужасом, со слезами прикасался моими пальцами, как благоизволил Господь. Держал сердцем и устама моима касался - целовал их. Потом повелел мне, гнусному и окаянному человеку, встать на колени мои и приблизиться к Божественной стопе Его Пречистых ног. Говорит Господь: ко Мне приблизиться, прикоснуться к ножным язвам нозей Моих, иже тогда пройдоша гвоздия сквозе сих нозей... - "Зри, и виждь, и осяжи, и персты рук твоих вложи". И видев, окаянный человек есмь и коснулся.
И говорит Господь ко мне: "Не бойся, смотри и разумно осяжи язвы Мои во радость Мне. Сими бо язвами восхотел спасти человека от мучительства диавола". И осязавше радостно, со слезами благоговейно и страхом приложился, поцеловал скверными устами моими. Потом говорит паки Господь ко мне: "Руце, нозе и язвы на них видел и осязал еси, прииди же и еще прикоснися к прободенному копием ребру в боку Моем". И благоизволил Господь милостиво отверзти Божественныя одежды Его, как раз прямо язвы Господней всесвятаго ребра Его. И говорит паки: "Дерзай, прикоснися язве, из нея же изыде кровь и вода, и верующим в ястие и питие преподадеся в вечную жизнь и во спасение славное и всеславное во веки". Св. Иоанн Креститель говорит ко мне: "Рцы: Аминь". И я сказал, грешный: "Аминь". Паки рече Господь ко мне: - "Дерзай, осяжи и осмотри, обозри и коснися рукою и перстами рук твоих!"
О, окаянный, едва не исчез дух мой во мне, когда узрел язву, рану велику и глубоку, даже внутренние части видны. Скверною рукою и пальцами скаредными моими коснулся. И нападе на мя страх и трепет, и я едва не повалился, и Господь, поддержавше мя, рече: "Не бойся, жив еси и будеши". И повеле мне смело видети, и видев, осязав я и приложил руку к язве Божественнаго ребра Господа Бога моего и рече: "Видел еси язвы искупления верующих и исповедающих Всесвятое Имя Отца, Сына и Святаго Духа". Рече паки св. Иоанн Креститель: "Рцы: Аминь". И я сказал: "Аминь".
Когда вся уже совершил прикосновения язв Господа Бога моего, паки повелел мне сести около Пречистых Божественных ног Его и колен Его, паки положил руку Божественную Его на главу мою, а левую на плечо мое, рече: "Слыши, иноче добрый, Бога возлюбивый, надлежит тебе в бытии твоем прийти вся многия и во многом, дерзай всегда и не малодушествуй и во ослабление самого себе не впускай, с тобою бо есмь всегда, и вся приносимое тебе Мне приносят, но и некия от них щажу Мене ради Самого, иного же ни, но бысть ему, еще что самому он себе соделав, сам себе быв, в содеянии суд ему есть".
После всех сих неисповедимых всемилостивых и живых воистину словес Всесладчайшаго Господа Бога, Спаса Иисуса Христа, кто повесть животворныя неисповедимыя любви Его к немощнейшему сосуду человечества о Его благости и снисхождении к смертному трупу бытия человеча. О, непостижимая глубина благости и Человеколюбия Его, иже сниде даже до того, что не возгнушался кротко и смиренно прийти ко мне скаредному, гнусному и смердящему трупу, явити и показати всего Себе явственно, не огнем, громом, молнией, бурею и ветры бурными, а тихостью безмерною и смирением Своим неисповедимым и непостижимым; благоволением Своим, готового дати Себя за спасение человека, подающаго и исполняющаго духовно умного сердечного мира, тишины и всерадостнаго спасения скорбящему, дарующаго отраду всем верующим во имя Всесвятое Его. От Божественных Его словес умиляется сердце и душа моя, что даже не хотел бы я более и жить.
Излияся вся нутренность моя во мне, и были слезы мне рекою и озером - в них утопал. Ужас, страх и трепет поражал скаредность мою, и рекох к Нему: "Господи Боже мой, вем Тебе, Кто еси; ужасаюся, как от Твоего неисповедимаго Божества не опали мя и не сожже мя огнем неизреченнаго Твоего Божества, и се еще есмь жив и предстою Твоему крайнему величию и страшному Твоему Божеству, и се жив есмь. Прости мне, Владыко Всесвятый Господи, что еще дерзну сказати к Тебе и вопросити. Боговидец Моисей воз зван был Тобою, Господи Боже мой, вверх горы Си найския святыя Твоея, и Ты даже восхотел явити Себе роду израильскому во огне и в столпе облачне. Он раб Твой. Моисей восхотел видети Всесвятое Лице Твоею неисповедимаго Божества, и Ты благоизволил реши ему: "Не может человек видети лице Мое и жив быти, задняя же Твоя явил еси ему. Лица же Твоего Всесвятаго Божества не явил еси ему. Как же ныне аз окаянный, от всех человек, даже всея твари горше есмь, житием, делы и нравы моими, и ныне, Всесвятый Владыко Господи Боже мой, всего Тебе явственнее вижу Господа Бога моего, живот давшаго мне?"
И Господь даде ответ: "Род оный избранный во язык свят, вводимый во свет Боговедения и к свету истины наставляемый, был только предуготовляем в сосуды благодати, и дадеся им письмена десяточисленная ленная на скрыжалях каменных ко благоустроению и и тако ведостася. Но тот народ частыя преткновения имел, сего ради нужда бысть посылаемыми к ним мужем и пророком святым, суще указатели времен Народ сей строптив и преогорчеваяй Мя. Жалось к роду их побуждали Мя; хотех бо дата им в искупление спасение, но ожесточиша выи своя. Крайняя любовь к роду человечу побуди мя снити и прияти то, еже имам, и видеши Мя и соделати искупление язвами и Кровию Моею, и верующие в Мя приемлют искупление, и дадеся всем верующим в Мя совершенное спасение
Оные же в роде своем отвергоша искупление во Спасителе. Сии верующий же ныне совершенство восприяша, и явлено есть ныне искупленным Кровию Моею лицезрения Божества, и зрит, ему же хощу тако, якоже и ты видиши Мя. Оным израильтянам гласы, и громы, и огнем явих Себе; ныне же пребывают благость, человеколюбие, кротость, долготерпение Мое и полная любовь. И ты ныне не дивися сему; вем тя, яко сердце твое любит вся и состраждает во всех и ко всем. Обаче виждь сие, яко оны не восхотеша, а отторгоша совершенно от себе искупление. Разумей такожде и сие. како бых Аз к ним и что бысть Мне и посланным к ним. Одебеле бо сердце их и не восхотеша познати Таин Божиих, и ты не бойся; Мне быта с тобою - исполнен бо есмь любве к возлюбившим Мя и всего себя предавшему Мне. Се явственно глаголю тебе и говорю с тобою.
Сие глаголю тебе, да и некая многа спасу с тобою, и паки спасу многая и во многом. Прочее отстраняйся от малодушия в мире и тишине, имея дух твой, и благодушествуй. Присно при тебе и с тобою бо есмь, и вся Моя в тебе суть, дело же и деланная твоя - Моя и от Мене есть. Ты точию стой, крепись, приемля мужество, укрепляйся благодушием, с тобою есмь Аз и всегда есмь с тобою, и вся твоя во Мне суть".
Святый Господень Иоанн Креститель говорит ко мне: "Рцы; Аминь". И возстави мене на ноги моя. Сам Господь Сил стоя рече ко мне окаянному и скверному: - "Стани прочее мужественно, всегда и везде, во всем проходи служение твое священнаго послушания иноческаго и малейшаго не презирай, но говори и проходи путь служения твоего, даемое тебе от отца игумена твоего есть в назначение святаго послушания, и делание твое в том да будет всегда. Еже делати и хранити оное - свято есть. Понеже послушание свято есть и делание его всеосвящающее, то и пребывающаго в священном послушании инока сие освящает. Сие суть крыла, возносящие монаха ко Престолу и благодать Света Невечерняго. Паки тебе глаголю, се не мни и не помышляй, яко бы Я далече есмь от тебе, и не попусти сего, да не остынет дух твой, всегда с тобою бо есмь
И возложи Всеблагий Бог Божественную длань десныя руки Своея на скверную главу мою, рекл ко мне и, обратя лице Свое Божественное к лежащему больному отцу Кесарию, рече ко мне: "Не успеша, но изнемогоша ... сие тако бысть в человецех. Послужи ему в болезни его до конца, ему бысть бо сие во спасение". И отсюду уже обрати лице Свое Божественное идти к дверям келлии и рече ко мне: "Дерзай, проводи нас мало".
И вышел Господь со всеми на двор и стал тамо, где стоит святый образ Всесвятыя Владычицы Госпожи Богородицы Троеручицы, ста прямо пред образом рече: "Чти ты и все верные, искупление приемшие Мое Кровию. Да чтут Святый Образ Пречистыя и Всесвятыя Матери Моея. идеже суть и где узрят Ея святый образ. Да чтут, достойно бо есть и праведно чтити Ю и почита ти Ю, так равно и святый образ Ея, се бо мирови спасение даровых! Весь мир Ею спасен бысть, и Ею вси любящие Бога спасаются и спасутся", и я рек: "Аминь".
Изшедши ко вратам двора, врата сами собою отворились. А я мыслил: нужно идти взята ключ и отворить ворота. Сия мыслившу, св. Апостол Павел коснулся руки моей, тихо говорит мне: "Остави, не труди себе". И вышедши из ворот, ста Господь Сил прямо святых врат обители и глаголет: "Величают Всесвятую Матерь Света на девятой песни". И ударили в колокол и било доски к девятой песни. II обрати лице Свое Божественное к скаредству моему, рече ко мне: "Мир ти буди, спасися". Рече св. Иоанн Креститель: "Рцы: Аминь". И я пал на землю и поклонился Господеви. И рече Господь ко мне: - "Возстани, пойди в мире во твоя". И светлый облак подъят горе Господа Славы. Свет велик и неисповедим был от осияния славы Господня. И я возвратился обратно к вратам двора. Прошел в них и помыслил в себе затворити оныя, но не успел, сами бо о себе затворились, и я возвратился в келлию в страхе и в умилении души и сердца моего.
Слез было мне множество, и ужас меня окаянного объял, и поражало то, како огонь Божества Его меня не сожже тогда или тогда, когда окаянныя скверныя моя руки и пальцы касалися Его Божества в осязании рук и ног язв Его, а такожде и егда осязах великую язву раны Его Пречистаго Божественнаго ребра, очень великая и глубокая, даже видны внутренности Его. И был поражен я этим страхом, а также и любовь Его Божественная повергала меня во ужас, и ум мой гнусный ужасом так же поражен, како Он Сый сниде ко мне скаредному и гнусному, ничтожному творению.
И всю ночь ту совершенно не спал, да какой же и сон мог прийти ко мне? Часто и часто плакал, слезы сами собою текли, и удержать их не мог. Часто и часто трогал ту самую колодку чурбака, то на нем же благоизволил Господь Бог сидеть, а также Всесвятая Владычица Госпожа Богородица благоизволила сидеть тогда на той же самой колодочке чурбака. И часто выходил во двор видеть то место, где стоял Господь против святаго образа Божия Матери.
Душа, сердце и ум мой в великой были тишине и покое, и все тело мое казалось очень легко было. И так несколько дней во мне легко, покойно, мирно было. Свет в келлии был очень велик, светел и ясен, как в самое пришествие Господа Бога в келлию, озарился свет велик и легок, так равно и по отшествии Господнем из келлии такой же остался и до другого дня. И я все сие отнюдь никому совершенно не открыл. Ровно никому от того времени и до сего дня, боялся открыть, чтобы этим не соблазнять других малодушных подобных; даже и старцам не сказал до сего дня. Сие же ныне открываю, да не впадают в малодушие, в смущение или в скорбь от иногда бываемого, наносимое бо от бесов, и невинное гонение буди от кого-либо от великих и сильных, или в кое-либо буди лишение и разнообразное нападение, то вся благодушно терпеть любве ради к Богу, Оная дается от Бога для спасения. Господь спасает во веки.
Писал все это 1888 г., 29 декабря. Киев. Свято-Троицкого общежительного монастыря архимандрит Иона, в схимонасех Петр.
ЯВЛЕНИЕ БОЖИЕЙ МАТЕРИ, ПОВЕЛЕВАЮЩЕЙ ИДТИ НА НОВОЕ МЕСТО ПОДВИГОВ
В 1848 году, в месяцах мае или июне, хорошо не помню, какие годы - 1847 или 1848 год. День был воскресный или праздничный, и какой именно праздник, не помню, так как я никогда не делал никакой записи у себя или замечания и жил себе спокойно, предавшись во всем воле Божией и святому послушанию, иного чего во уме, сердце и душе никогда не предизбирал и даже никогда ни о чем ином и не мыслил. Был покоен духом, умом, и сердцем, и совестию моею пред Богом и святой обителью.
О перехождении мне куда-либо в другую святую обитель никогда даже мысли не было. Знаю и чувствую свою неспособность и невежество. Едино всегда было у меня на сердце, уме и душе мысль и желание: как бы послужити Господеви, благоугодити Ему и всецело всего себя Ему сохранити, любити Его неизменно всем сердцем моим, всею душею моею и всеми чувствами моими и также всегда пребывати истинно и в истинной любви к Нему, желая всегда во всем быти угодным Ему. И так всегда о сем едином мысль, попечение и желание моего сердца и убогой душе моей - сие единое было во мне, иного помышления и желания не было никогда, да и быть не могло. Желание было всегда, да и ныне есть: любить Единаго Бога Спаса моего Всесладчайшего, возлюбленного мне, Егоже возлюби душа и сердце мое, Жениха моего безсмертного Господа Иисуса Христа и Матерь Его, Всесвятую Владычицу мою Госпожу Богородицу, Марию Деву, Попечительницу и истинную Матерь мне, и памятствовать самую близкую Ея любовь к моему окаянству и недостоинству, ибо от Нея мне вся жизнь и бытие мое, от Нея, теплейшей Владычицы, вся мне бысть и ныне есть. А с Нею же и вси святии споспешники, учители, наставники, покровители и истинныя хранители и поборники, всегда были они и ныне суть. И тако было пребывание и жизнь моя в Богоспасаемой обители Белобережской пустыни Брянского уезда Орловской губернии.
И во един день святаго праздника воскресного дня, как будто, мне кажется, в день Св. Вознесения Господня или Святой Животворящей Троицы, этого хорошо не помню, ибо мне дана заповедь св. моего старца не помнить и не замечать, как бы события важны ни были, а забывать поскорее и в это не углубляться мыслию, что, где и как. И я, после обеда соборныя трапезы пришедши в свою келлию и ставши, по обычаю совершив святыя молитвы благодарственныя к Господу Богу, Матери Божией и всем святым, и с поклонами, как указано мне от св. отца, т. е. старца, и снявши с себя одежду монашескую, сложил все оное на место, потом скинул с ног моих башмаки и быв в одних холщовых чулках. У дверей келлии был наложен крючок, и сел я в средней келлии на скамейке, облокотясь локтем на стол, близстоящий в конце скамейки. Правой моей рукой оперся в висок правого моего уха, был я в белом холщовом халате. Ноги свои я поджал к себе и, опершись мало в стенку, сидя занялся молитвою Иисусовою, имея четки в левой руке. И так благодатию Божиею оправившись, продолжал молитву Господню. Может быть, пробыл в делании сем несколько минут или полчаса. Мысль одна была тихая и одна управлена в делание должное сие.
И се вдруг кто-то за дверями в сенцах передней моей келлии творит молитву. Голос тонкий, слова: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас". Я слышу, но молчу, не отвечаю. Потом второй раз так же молитву творит, и я опять не отвечаю: "Аминь". Потом молитву творит так же чистую, пространно, и голос тонкий, и я тоже не отвечаю, ибо похож на женский голос. И после того голоса отворяется дверь передней моей келлии, и голос, творящий молитву: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас..."
Я с гневом взглянул туда к дверям, так как я сидел на скамейке прямо дверей. И увидел, ужаснулся и упал на пол со скамейки мертв, чувств жизни в себе совершенно не чувствовал, одно слово, был мертвый труп. Видеть, помнить ничего не мог, только когда рука пришедшаго коснулася моей головы, лба тогда влилась жизнь в меня. И говорит тонкий голос: "Дух в нем есть", и я уже от того был весь в себе. И, лежа на полу посреди келлии моей, открыл глаза и увидел страшное и ужасное видение --- стоящую при мне, надо мною Всесвятую Владычицу мою Госпожу Богородицу и с Нею еще кто-то в сени, и сияние света было ужасно велико. И говорит ко мне скаредному: "Возстани и стани на ноги твоя. Пришедшей бо Мне и всем святым со Мною, приидохом к тебе возвестить тебе дело святаго послушания, да приимеши труд, потрудишься в нем и послужиши Господу Богу, благоизволившему явити в тебе сокрытую тайну, сущую от века, да исполниши и совершиши священную и Божественную волю Его во славу Всесвятаго имени Его, во благо же Святыя Церкви Его и благочестиво верующих во Всесвятое имя Его и послужиши всем верным Его человеком, требующим и просящим милости у Него".
И я, окаянный, лежа ниц главою моею у Пречистых ног Ея, как мог дерзать встать и стати от страха и ужаса, поражавшаго меня? Очень, очень вострепета душа моя во мне, и как не исчез дух мой во мне, и едва-едва жив был: быв как сено около огня. О Боже мой, великий и дивный еси, и како страшно все дивно, велико - кто же я, и кто есть. О Владыко и Владычица, молю Тебя, не погуби меня со беззакониями моими в конец, подаждь мне время исправлению и покаянию моему. Сия мне лежащу горце, болезненно сердцем моим сия мне мыслившу и сердцу в тайне вопиющу.
И рече ко мне Многомилостивая Владычица: "Дерзай, ободрись и стани на ноги". И взявши мя Своею Божественною рукою и возстави мя. Но я, окаянный и всех человек худший, не смел стати на ноги мои, на коленях стоял и явственно уже увидел всех со Владычицею, благоизволивших прийти сюда. Божественных свв. Апостол: Петра, Павла, Иакова, Иоанна, Луку; святителя Христова Николая, угодника Божия; святаго великомученика Георгия Победоносца; свв. великомучениц Варвару, Екатерину; св. мученицу Февронию и преподобную мати Евфросинию, игумению Полоцкую. И все предстояли Владычице Богородице в великом благоговении и зряще на мя, гнуснаго и окаяннаго человека.
"Слыши, Боголюбивый иноче, и трезвися, и ободрися, и отверзу уши твоего сердца. Всеблагий, Всесильный и Многомилостивый Господь Сил, Господь Бог, Мой Сын, благоизволил явити в тебе милость Свою и всем любящим Его. Да совершиши волю Ею и исполниши Божественное хотение Его, явити славу Его в последния дни рода сего. И явиши пред всеми святое имя Его, силу, крепость, величество, милость и благоволение Его в человецех, живущих ныне на земли, и всему роду по них. Восхотите бо дати спасение верных Ему человеков, и явлена будут дела Его в человецех, сущих ныне, такожде и по них. Избра тебе Господь Бог, Сын и Бог Мой, орудием святаго дела рук Его и благоизволи Мя послати к тебе и сих, ихже видиша предстоящих со Мною святых". И начала святая Владычица вся по имени их возглашати.
"Нужно есть тебе оставити святую обитель сию и прийти на место ино, да тамо послужиши Ему. исполниши и совершиши Божественную волю Его. Воля же Его Божественная есть сие место, о нем, идеже тебе показано будет, хощет Бог Сый, да устроена будет обитель во Имя святое Его. Иноцы Боголюбивыя да соберутся в ней прославляти святое имя Его, послужити и благоугодити Ему. А ты, слыша сие, не возмутися от словес сих. Известно веждь, яко Господь Бог, Сын Мой, будет тамо, и Аз тамо буду. И пребудем тамо во веки. Бог тя тамо постави орудием, вся же делания Его есть, и Аз Сама тамо есмь всегда и буду тамо во всем во веки. Слыши, Боголюбче, хощет Бог. да будет тамо, на месте оном, монастырь велик и иноки тамо, полки и сонм велик иноков, восхваляющих Господа Славы, и сии будут во хвалении во веки".
Сия мне слышавшу явно, пал - пал к Пречистым ногам Ея, и слезами моими омочая пол, рекох: "Молю Тебя, Всесвятая Владычица, остави мя здесь почити и положити кости моя в обители на все веки. Имею бо себя скудоумна, нища, худа, грешна и во всех слабостях и страстех моих во мне совершенна немощна. Делу же сему требуется муж правды, муж, исполнен мудрости и силы, ума, смысла и разума, духовно просвещен свыше от благодати Божественныя, добронравен и благоискусен делатель, от жития и дел своих имущ свидетельство. Муж, исполнен веры, надежды, любви, аз же сих всих в себе не вижу и вовсе не имам и не подготовлен к сему священному и великому делу, и в Святом Писании не посвещен есть. И крайняго вижду себя невежду, в деле устроения же совершенна не искусна, неопытнаго всего себя вижу; паки, Владычица Всесвятая Богородица, Мати Милостиваго Бога и Сама еси милостива, молю Тебя, остави мя быти зде и скончати дни жития моего".
Всесвятая Владычица Госпожа Богородица говори I ко мне: "Всуе ты мятешися и сопротивляешися воле Всеблагаго Бога, хотяй благоустроити дело благое, полезное и спасительное для верных Ему человеком и явити Всесвятое имя Свое в человецех. Благоизволи бо показати власть, славу и силу Свою в сия дни и времен, и ты являеши пререкания Ему. Вспомни вся яже срете сопротивлением и гордостию дыша и надменностию бывшаго Савла противу Господа Иисуса Христа, гонящаго Церковь Его Святую, и верные рабы Господа Иисуса. Се здесь ныне он предстоит тебе, вопроси его, и он тебе все исповесть. Испыта бо он тогда силу Божию, и оттоле есть уже ныне св. Апостол Христов Павел. Верный был раб и слуга и проповедник Его. К тому же еще скажу тебе, что тебе здесь уже жити не на пользу твою и твоему спасению. И ты не сопротивляйся Сыну и Богу Моему и послушанию, и воле, и желанию Моему, иди и потрудись, благо тебе будет".
Я опять начал просить Владычицу оставить меня здесь. "Удивляюсь тебе и много удивляюся; слыши, вспомни вся твоя по ряду и Моя вся к тебе; ты сам вся веси, что оставила ли я когда тебя или пренебрегла ли я тобою? Всегда и всегда была с тобою, и была всегда тебе руководительница о тебе и о всем твоем. И ты ныне не уверяешися во Мне, егда ли есть наветница твоего спасения или желающая во зло вринути тебя. Свидетельствую тебе пред всеми сими святыми, иже зде предстоят, что благо тебе желаю, и ко благу же твоему Господь Бог, Господь Сил зовет тебя в место новое, идеже восхоте быти тебе, тамо на месте оном, и исполнити Всесвятую волю Его для благ всех и многих живущих на земле. Вспомни святаго праотца Авраама, его восхоте Господь преселити в землю иную, воспротивися ли? Как же ты противишися воли Господа Бога и Мне не вериши? Авраам оный воззвавшу его Господеви остави вся и взыде тамо, идеже показа . ему Господь, и быв мирен; тебе же Я говорю, извещая и предвозвещая волю Господню - и не внемлеши. Советую тебе, советую, повинися Господеви и взыди на место оно, еже благоволи Господь избрати еще от века, показати, и дати тебе, и водити тя тамо.
Но я, окаянный, все-таки упрямством моим не восхотел покориться, и только одно то, чтобы быти мне здесь - у меня одно. И рече Владычица ко мне скверному: "Подумай и подумай хорошенько и помни что Я тебе худого не мыслю, а ищу благо тебе, якоже и другим всем". И тако Владычица, сказавши все мне и паки говорит: "Слыши ты, подумай и размысли и Я к тебе паки прииду, а ты подумай и размысли".
И так Пречистая исходит из келлии моей и говори ко мне: "Проводи нас". И исшедше из келлии и сеней на крыльцо, и святые с Нею, Владычицею, и обратясь ко мне, окаянному, говорит: "Поразмысли, и Я паки буду у тебе". И я, окаянный, поклонился к ногам Владычицы, не восхотел покориться воле Божией и Матери Божией. Стал на ноги мои и увидел Ее шедшую к церкви через паперть.
И так я и остался, возвратясь в келлию мою. Благоухание великое ощущал, неисповедимое, но сказать сего никому не осмелился, отнюдь так и оставлял сие. даже до сего дня. И так я, окаянный противник и остался, ничего не думая и не помышляя. Только одно было в памяти, что я остался, и мне было легко, а как мне быть далее, совершенно ничего и в мысль не приходило. И так был все время себе и не размышлял.
ЯВЛЕНИЕ БОЖИЕИ МАТЕРИ ВТОРИЧНО, ПОВЕЛЕВАЮЩЕЙ О. ИОНЕ УЙТИ НА НОВОЕ МЕСТО. ПРЕДРЕЧЕНИЕ О БЕЛОБЕРЕЖСКОЙ ПУСТЫНИ
Помню, был какой-то праздник, Святой Троицы как будто бы, в воскресенье. После трапезы помолился Богу, Матери Божией и всем святым, разделся, только оставил на себе белый холщовый балахон, скинул башмаки и остался только в холщовых чулках. Взял четки и сел на скамейку, поджав ноги под себя, облокотясь на правую руку, преклонясь к стене спиною, а правым боком к столику угольному, который стоял под святыми иконами, ни о чем ином не думая и не помышляя, а только об одной молитве Божией, и занялся молитвою ко Господу Иисусу Христу.
И немного прошло времени, минут 5, слышу голос тихий, ясный, чистый и слова святой молитвы творимой: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас". Я слышу и молчу, потом второй раз, я молчу, третий раз повторил - и я молчу. Но для меня это было уже тягостно, и гнев явился во мне, что кто-то по самочинию мне мешает в молитве Божией, и думаю себе: постучит да и уйдет. Но нет. Потихоньку келейная передняя дверь отворяется, и тут входит Святая Владычица, и я, окаянный, узревши Ея, ужаснулся страхом великим и мертвым, упал со скамейки на пол и ничего не помню, и совершенно был без жизни и чувств. Ничего не знал, и не вем как было, долго ли, мало ли времени или минут, что произошло со мною - не знаю совершенно. Когда же рука Владычицы Всесвятой Богородицы коснулась моей головы, сейчас по всему мне и во всем во мне потекла жизнь, и слышу, голос тонкий, нежный и чистый говорит: "Дух его в нем есть". Рука была на голове моей, и от возложенной руки тот же час открылась во мне жизнь, и чувство все во мне ожило, и все понятия явились во мне, и я открыл очи и увидел стоящую около меня, скаредного, строптивого соперника, Всесвятую Владычицу мою Госпожу Богородицу, истинную Попечительницу, Хранительницу меня окаянного.
Она, держа руку Свою на голове моей, говорит ко мне: "Возстани и стани на ноги". Взяла Св. Владычица Своею рукою правую руку мою и возстави меня. Но я, окаянный человек, не смел стать на ноги мои, но стоял на коленях, потупивши очи мои долу, слушая словеса Ея великие, исполненные материнской любви: "Се паки приходим к тебе, исполняя завет Господа, Сына и Бога Моего, Спаса всех. Како размыслил еси о себе и о своем послушании призывающу тя Господу Богу всех?" И отвечал я: "И я едино просих у Тебя Всемилостивая Владычице моя, Госпожа Богородица, умилостивися мне, навсегда остатися на сем месте, где ныне есмь и живу". Всесвятая же Владычица, истинная Промыслительница ко благу всех, не возгнушалася и мною окаянным, и рече: "Напрасно волнуешися сердцем твоим, суетным помышлением твоим, и колеблется твой ум; еда хощу тебе зла или тщуся навести пагубу тебе. Тогда тебе рех, и ныне тояжде тебе глаголю: благоизволи Господь Бог открыта яве ти, яже совеща Господь Сил издревле тайну сию. да созиждется дом во имя Святое Его на горах и месте оном, и се прииде время. Хощет Он исполнити слово оное святое, еже совеща, и из времен древних, еже быти месту тому святу о имени Его святем, и восхоте Господь дати тебе дело сие, еже избра. Избра бо Господь орудием тебя, дело же рук Его Божественных в совершении дела святаго - в священной воле Его. Помни и разумей сия - ты точие орудие, а все дело труд, труд и попечение Его есть. Вся и во всем дело совершатися будет без болезни сердца твоего, и не в труде дело рук твоих. Сам бо Всевладыка Господь Вседержитель действуяй и действовати будет, яко Бог Сый; вся бо оная совершатися будет в мире, тишине и покое твоем, а не в болезнь и труд тебе. Се зри, иже пришедши святии со Мною, свидетельствующие вся словеса Моя к тебе, и явленная воля Божия такожде в тебе".
И я, окаянный, воззрел, и все предстоящие святые весьма в великом и неисповедимом величии - никаким словом выразить нельзя, в каком они предстояли Пресвятей Владычице Богородице. Святая Мария Магдалина, св. первомученица Фекла, Варвара, Екатерина, святитель Христов Николай, угодник Божий, Георгий Победоносец, Феодор Тирон, Феодор Стратилат, св. Царица Александра, свв. Апостолы: Петр, Иаков, Иоанн, Лука, Симон Зилот и св. Иаков Апостол - первый Епископ Иерусалимский, св. Иоанн Милостивый, св. равноапостольный Константин, Великий Владимир, Александр Невский, св. Ольга, прабабушка Российская. Все сии стояли в великом благоговении и молчании, внимающе словесам Владычицы. Я же, окаянный, все об одном просил: оставити меня здесь.
Всемилостивая же Владычица говорит ко мне, окаянному: "Почто смущаешися ты, дряхлуеши и колеблешеся? Отринь от себе вредное и ложное твое помышление, буди сердце твое, любящее Господа Бога Спаса всех Иисуса Христа, и утверди вся чувства твоя ума, духа и сердца твоего и прилежнее покорися желанию. Зело бо любит Господь род христианский и весе лится и радуется чином монашествующим. И Я зело люблю девственниц и девственников, монахинь и монахов, радость Моя и веселие Мое есть в них, и готова есмь всегда быти Попечительница о них. Великое утешение оныя бо приносят Мне. Славу же и величие возносят сии пред Господа всегда, и Господь Сил присно радуется, и веселится, и славится о них Вседержитель Господь Бог Сый".
Святый Апостол ко мне окаянному рече: "Говори Аминь". И я тогда сказал: "Аминь". И я, окаянный человек, все в одном стоял, прося Владычицу оставити меня здесь. И Св. Владычица Матерски говорит ко мне: "Буди внимателен отселе, присмотри добре, яко лучше есть тебе покоритися Господеви и всесвятой воле Его. Здесь будет великая перемена, в святой обители сей, и ослабеет в управлении и обычаях; иныя пойдут тут и в новизне правители ея будут держатися. последующе своему мудрованию, и внесут с собою новизну и приближатся зело к мирским людям, и оныя к себе введут, и соделается здесь в братии молва, шатания, и некия озлобления снидут, и будут ратовати правых и поносити старцам, к ним будет отвращение, поношение им и похуление, и места не будет нигде в обители. Рекут бо иным, что имати слышати от злых старцев оних, они свое время отжили, се время наше наста, учение и поучение наше есть, и мы уже их бытию и слову их не внемлем; учение же наше добрейшее есть паче онех, ныне время наше, новых изысканий требует, и мы идем к нему, по онех же не пойдем и ходити не начнем, и аще хощут сии старцы быти в мире с нами, да идут вслед нас, тогда буди покой им от нас. Ныне наш путь красен, и мы идем по нему, яко благ он нам есть. Путь оных старцев всеми ныне уничтожен и отвержен есть, и кто послушает онех старцев? Никто!"
Сия вся изрекла Всесвятая Владычица во услышание всем. "Се вся тебе предвозвестих, что имать быти здесь, и ты разумно себе имей, Я паки к тебе прииду, ты же поразмысли". Исходя из келлии в сенцы и на крыльцо, ставши на площадке оной, опять ко мне скаредному обратилась Владычица, рече ко мне: "Буди с миром, Я прииду к тебе паки". И я упал к Пречистым стопам Ея. Она отошла уже, а я долго стоял, смотрел вслед, но уже не видел.
Возвратился я в келлию, и объял меня страх. Слезы жалости велики тогда мне были, сам был в великом недоумении, что мне, бедному иноку, делать, кому сказать, кому открыть - не нашел кому. Старец мой, отец Авель, уже скончался, отец Моисей умер, отец иеромонах Вениамин хорош, добр и опытен, но слаб, малодушен. Отец иеромонах Иларион старец хорош, высок, но боялся сего; возвысить меня он боялся, чтобы не воскичился и не впал в гордыню. Тогда был я в великой скорби, которая была от того, что не мог никому сказать и ни с кем посоветоваться, как мне быть. Я попросился у нового игумена, отца Анастасия, сходить в Свенский Брянский мужской монастырь, там тогда были мудрые, хорошие старцы-пустынники; о. Ираклий, о. Никодим, иеросхимонах о. Афанасий. Туда я с Божией помощью сходил и успокоился. Спустя некоторое время я все это позабыл и был совершенно спокоен за все прошедшее, даже мысль мне о том не приходила, что будет и как быть. Прошло может быть, недели три или больше, все шло у меня в жизни моей по обычаю и навыку.
ЯВЛЕНИЕ БОЖИЕЙ МАТЕРИ С КРЕСТИТЕЛЕМ, АПОСТОЛАМИ И СВЯТЫМИ, В ТРЕТИЙ РАЗ ПОВЕЛЕВАЮЩЕЙ ИДТИ В КИЕВ
В один день, какой-то будничный, простой так же по обедне, пришел, помолился Богу в келлии, разделся и сел, по обычаю занялся молитвою Иисусовою Сидя на скамейке, как всегда делал, начал молитву Прошло немного времени, не больше часа, слышу голос за дверью передней келлии моей: "Молитвами святых отец, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас". Голос тонкий, чистый, ясный. Один раз сотворил молитву - молчу; другой раз - молчу, третий раз - молчу, и дверь отворилась, и входит с Владычица Госпожа Богородица, и я, окаянный, узрел и мертв повалишися со скамейки на пол, землю без чувств, совершенно сделался мертвецом и не знаю, долго ли это было со мною, только я стал ощущать жизнь, когда рука Владычицы была на голове скверной моей, тогда как молния пролетела жизнь во всего меня.
И Владычица изрекла еси слова: "Дух его в нем есть". И повелела мне, скверному противнику, встать на ноги. Но как могло встать на ноги противное окаянство мое? Сама Всесвятая изволила взять левую руку мою и, поставив меня на ноги, говорит Матерски ласково: "Виждь пришла Я, и со Мною святые пришли, виждь их и ободрись, иноче, ибо и мы от Святаго и по святому послушанию пришли к тебе, да и ты навыкнеши имети проходити, делати и совершати св. послушание, и ты не бойся сего, яже реку тебе; се уже третие прихожу к тебе и хожу за св. послушание, зело бо люблю его, и в нем пребывати и тебе сего желаю, еже быти тебе в нем. Великую бо радость, веселие и утешение приносит св. послушание истинно проходящему оное и истинному послушнику".
В этот третий раз посещения меня Св. Владычицею, Попечительницею моею, пришли: св. Иоанн Предтеча Креститель, Божественные Апостолы: Петр, Иаков, Иоанн, Павел, Лука; святитель Христов Николай; св. великомученик Георгий Победоносец, св. великомученица Варвара, св. великомученица Екатерина, св. мученица Феврония, св. первомученица Фекла и преподобная мать Евфросиния, игумения Полоцкая. И все стояли в большом благоговении ко Владычице Госпоже Богородице, слышаще и слушающе окаянного меня, упорствующаго и отвергающаго своим безумным окаянством неисповедимую милость Божию и Самыя Владычицы, зде присутствующей и истинно материнския словеса и увещания Ея ко мне, скаредному, гнусному и скверному человеку, и все Ея увещевания и объяснения воли Божией и Ея великой милости и любви к роду человеческому, ко христианам православным и благочестивым, ходатайственно спасающимся во славу Всесвятаго имени Божия, ни во что вменяющем и в одном упорствующему.
Тогда, исполнився ревности Божественныя, св. великий Креститель Господень Иоанн Предтеча обратился ко мне окаянному и говорит: "Слыши, ты наверное читал или слышал о мне, когда благоизволи прийти ко мне Владыко Создатель и Господь Вседержитель, как Агнец Божий кротко, смиренно Господь и Бог мой! Чего Ты требуешь от меня? Ты еси Бог мой, Владыко и Господь мой... Ты - огонь, а я сено могу ли я прикоснутися Тебе, Всесвятый Владыко Боже мой? Что же успел? И повели мне исполнити всяку правду. И я со страхом великим, за послушание исполнил и совершил; возложил тварь руку мою т главу Творца Всяческих и Владыку Господа Бога моего, и ныне Его семь".
И я слушал, стоя уныло и молча. Потом обращается ко мне скаредному св. ревнитель Божественный Апостол Павел и говорит: "Я знаю, что ты наверно читал и слышал о мне и ревности моей в жидовстве бывшему, как попремногу из лиха гоних Церковь Божию и святых ея, и с какою надменною пышною гордостию идущу мне в Дамаск гнати и разрушати Церковь Божию и святых вязати и в темницу ввергати и оныя вся озлобляти и мучити. И тако зло дышущу на святыя Божия, и тако идущу ми путем, и се внезапно порази мя свет велик, и ужас объят вся кости моя, и вся внутренняя моя вострепета, и се глас из облака кроткий, тихий и животочный, исполненный любви и жизни: "Савле, Савле, почто Мя гониши?" И я, слыша голос, смирения, кротости, любви и жизни исполненный, быв в страхе и во ужасе. Како Господь Бог Мой не порази мя, и исчезе вся гордость и надменность моя. Бывшу ми тогда, и ныне милостию Его с Ним есмь. Тако ныне научися и ты, покорятися милости и благости и любве Всесвятыя Владычицы, о благе пекущейся всех верующих во имя Господа Бога Спаса всех Иисуса Христа, Всесвятыя Матери Его Богородицы, Царице небесе и земли, непрестанно ищущей всем спасения и подающей утешение им вечное, сия слыши и разумей, Кто пришедый к тебе и Кто тебе рече словеса многа. И уже ты, понудив еси всех Владычицу небесных и земных, всех Госпожу, Умнаго Света Матерь, прийти к тебе глаголющей твоего же ради блага и вечнаго спасения тебя и многих с тобою".
И я, окаянный, слыша еси вся словеса Божий от Матери Господа и от святых великих, и умилися сердце мое зело и дух мой во мне, и смирися пред Господом Богом моим и Всесвятыя Владычицы Матери Господа Бога моего, и ужасеся о упорстве моем. Как огнь не сожег окаянного мене, и во всем покорихся Всесвятой воле Господа Бога моего и Всесвятыя Владычицы - Матери Господа Бога моего. И сия вся и иная многая изрекла Всесвятая Мати Дева Владычица Госпожа Богородица, и Божественныя Апостолы свв. Петр и Иоанн говорят: "Говори: Аминь", ибо Мати Божия сказала всю истину, потому они тогда мне и говорят: "Говори: Аминь". И я, безумный, страшно упорный, сказал: "Аминь".
Потом опять говорит ко мне, окаянному, Владычица: "Ты ныне веси, что может здесь быти: первое - начальницы будут здесь, ум и очи имущие страстны, ласкательны, миролюбцы и плотолюбцы, и плотопитательны. Слух у них закрыт, очи смежены, ясно видети не будут. В любви к Богу, ко хвалению и славословию своего Владыки Господа хладны, невнимательны, в служении св. послушания своего и других тяжки, презрительны и мало пекущиеся о спасении братии и иных, но по своих оне небрегущия. Мирская и мирских жен с ними вход будет. О благоустройстве святыя обители, о благообразии братии и благочинии, о правожительствующих - небрежение. Сикера и вина вволю и в насыщение будет. Старцы и правожительствующии, о крайнем сокровенном поучении тщащиеся, о правом жительстве по Бозе пекущиеся, старые, средние и юныя не будут терпимы, а будут укоряемы, а иные и изгнаны будут глаголющим к ним развратителем: "Аще хощете зде быти, живи и делай так, как мы живем и творим, а твоего мы терпети тебе не будем и не попустим". И таковые не под великим гнетом и поношении и порицании будут. Ты же малодушен и сих всех и инаго многаго делаемого тогда понести не сможешь. Сего ради Всеблагий Бог благостию Его Божественною усоветова тебе извести тя отсюда и восхоте дата тебе дело Его святаго послушания, да послужиши Ему верно и дело Его святое совершиши".
И я, окаянный, сказал Владычице: "Разумею великую и неисповедимую благость и милость Божию ко мне окаянному, и я разумею себя скудоумна смысла и никакого дарования в себе совершенно неимуща, также безсильна и немощна. Опыта никакого ни в чем не стяжал, вполне себя вижу невежду и неспособнаго, не отрицаюся и готов был бы, но всего себя зрю и ужасаюся".
Паки рече Владычица: "От тебя одно только нужно и потребно - покорность и готовность благосклонное произволение ко приятию св. послушания - сего единаго ищет и требует от тебя Господь. Да будеши Ему слуга и всесвященной воле Его истинный послушник Господу Славы, Спасу всех Иисусу Христу. И знамение Его нося святаго послушания, а о иных же многих и о многом явитися имуть, тогда - не твоя и не от тебя, а Его и от Него".
Все сие слышав, со умилением моея убогия души и сердца моего, орошая землю гнусными слезами моими, поклонился я Владычице и сказал: "Буди воля Господня со мною окаянным, во всем покорюся и молю: Владычице Госпоже Богородице, Мати Умнаго Света, Господа Бога моего, не остави мене, буди мне всегда покров - Милостивая Покровительница и Руководительница и Наставница всегда и во всем, в Тебе бо есть все мое упование, учи меня и храни, всегда бо немощен и безумен и ко благоделанию крайне несмыслен есть".
Тогда Всесвятая Владычица благоизволила сказать многая словеса мне о многом и много. И сердце мое и дух мой во мне ожили, и ум стал уже светел, как будто бы я вдруг переродился, стало мне легко... и свежесть и бодрость во всем во мне, как бы вновь я на свет народился. Благоизволила Владычица в грядущее дело мне не устрашитися, не колебатися и не малодушествовати, ибо не ты, не твое и не от тебя, а от Бога и к Богу идет все, а ты Его слуга - послушник. Благо есть разумети, что суть словеса таковы: не твое и не от тебя, а от Бога и к Богу идет вся, от Него бо вся суть; помни и спасешися - послужи, послужи, Бог бо есть вся творяй. Паки обратилась Пречистая ко мне скаредному со многими словесы, полными жизни и радости. Святии же вси в благоговении предстояли Владычице.
И рече Владычица: "Мир ти буди от Господа Бога Славы всегда". И ко образу Спасителя, стоящему в углу келлии, все по три раза перекрестились и в пояс поклонились, и Сама Владычица Всесвятая Госпожа Богородица говорит ко мне: "Буди ты всегда к Богу, и Господь Бог с тобою, и мир Его всегда почиет в тебе, и на тебе, и на твоих во веки". Святии Апостолы оба сказали ко мне: "Рцы: Аминь". И я сказал: "Аминь". И десницу Владычица благоизволила подати мне, и я скверными моими устами поцеловал оную, и говорит ко мне: "Проводи нас".
И вышедши из келлии в сенцы, на крыльце площадки изволила стати, и все с Нею. Мне же мысль внезапно явилася спросить, и говорю: "Владычице, где будет имя Господне и Твое, Владычица, славиться?" Она же, обратясь ко мне, указала рукою Своею на Юг: "Град Киев, и место оное тамо недалеко от святыя Лавры, над рекой Днепром холм и столп огнен стоящ увидишь на нем, и паки место оное показано ти
